– И среди этих неопознанных номеров должен быть номер Вики и неизвестного мужчины, с которым она общалась по телефону у Татьяны, – нахмурился Крячко.
– Как видишь, номера Стаса Ярко нет, – заметил Гуров.
– Эх, жалко, нет самого телефона! – посетовал Крячко. – Там-то все контакты у нее своими именами обозначены. Уже по ним можно было бы что-то понять.
– Каким образом?
– Ну, как же! – усмехнулся Стас. – Вот у тебя Мария как в телефоне записана?
– Мария, – пожал плечами Гуров.
– Скучный ты человек, Лева! Как сейчас говорят – некреативный.
– Слушай, Стас, а как ты у своей жены записан? – посмеиваясь, спросил Гуров.
Крячко, не отвечая, взял распечатку и принялся изучать ее.
– «Суслик», небось? – предположил Гуров.
– В морду дам, – не отрываясь от распечатки, пообещал Крячко.
Его интересовали звонки, совершенные в декабре-январе.
– Вот! – показал он. – Вот есть неопознанный номер. Ксения регулярно перезванивалась с этим человеком. Почему его не удалось идентифицировать?
– Потому что операторы утверждают, что такого номера не существует, – пояснил Гуров. – Вот здесь написано.
– То есть как это не существует? – недоуменно спросил Крячко. – Кто-то же звонил с него?
– Стас, я же не специалист в этом вопросе.
– Смотри, Лева… – задумчиво произнес Крячко. – В январе связь с этим номером резко прекращается – ни с него звонков, ни на него.
– Скорее всего, человек симку сменил. Может быть, старую заблокировал – не знаю. Вот еще есть неизвестный номер. Ого, какой интересный! Смотри, сама Ксения на него не звонила ни разу. А вот ей с него трезвонили с середины апреля по середину мая.
– Но она к тому времени была уже мертва! – заметил Крячко.
– Да, это так. Но человек, выходит, об этом не знал. Постой-ка!
Гуров достал свой телефон и набрал тот самый номер. Ответом ему был механический голос, сообщивший о том, что абонент недоступен. Гуров отложил телефон и задумался.
– О чем думаешь, Лева?
– Думаю, не это ли номер Вики Каревой. Смотри, все сходится. Звонки начались вскоре после того, как обе покинули клинику.