Потом Денис вдруг остро блеснул глазами из-под полуприкрытых век и неожиданно спросил:
— Хочешь жить?
Штукин сразу понял, что вопрос глубокий и что касается он не только ощущений до и после стрельбы, но и еще чего-то очень важного, хотя и трудноформулируемого.
— Хочу, — просто ответил Валерка. И в свой ответ он также интонацией постарался вложить глубину."
"— А для чего? — перегнулся через столик Денис. — Ты можешь ответить на этот вопрос, надоевший сорокалетним мужикам? Для чего?
— Я никогда об этом много не думал, — честно отозвался Штукин.
— Знаю, — кивнул Волков. — А вот теперь надо подумать. У тебя и времени сейчас для этого побольше будет. Подумай. Я поопытнее тебя по возрасту, званию и должности — пусть и в другой системе. И стреляли в меня не только сегодня. Я знаю, для чего жить.
— И для чего? — Штукин хотел услышать Дениса, чтобы самому было легче формулировать ответ на серьезный вопрос. Волков это понял:
— Ты не ищи себе костылей. Думай сам и ответь себе сам.
Валерка улыбнулся:
— Помнишь фильм «Ко мне, Мухтар!»? Так вот, там Никулин за своего пса отвечает: «Он постарается».
Денис одобрительно хмыкнул:
— Тоже любишь советскую классику?
Штукин кивнул:
— Люблю. Теперь так снимать не умеют. Теперь все больше синтетический продукт дают.
Волков развел руками:
— Закон рынка. Первые бабки всегда на бодяге делают. Ничего, еще придет время — и до новых шедевров доживем.
Валера покачал головой:
— Для того чтобы производить некоторые вещи, нужна только империя — вся ее мощь, ее атмосфера…
— Империя? Хм… Может быть… Ладно, раз уж ты сам об империи заговорил — вот что я тебе скажу. В ментовке тебя окружают разные, в основном неплохие, но с уклоном в «никакие» люди. Вы все в погонах, и все, как правило, если идете, то на «демонстрацию». А я считаю — и предлагаю тебе, — что идти надо не на демонстрации, а просто по дороге. Так, как идут по ней некоторые, и не самые плохие, люди.
Денис приподнял свой стильный стаканчик с вином, задумчиво посмотрел сквозь него на не очень яркую лампу настенного бра.