Так бывает, что с первой же встречи возникает взаимопонимание, которое скрывается за набором культовых фраз типа: «Если посчитаю это нужным», «…Я же не могу тебе давать советы» или «Значит, ты знаешь, как поступать». Фразы эти — из практики такой бандитской дипломатии. А дипломатам, как известно (пусть даже и бандитским дипломатам), язык дан для того, чтобы скрывать свои истинные мысли и чувства. Когда японский посол в США еще вежливо улыбался американцам, он уже знал, что флот и авиация микадо через час атакуют Перл-Харбор…[126]
На заре питерских бандитских войн, то есть в самом начале девяностых, конфликтов между братвой из разных команд было очень много.
И вот как-то раз люди Гамерника отобрали несколько пригнанных из-за границы автомашин у человека, который платил Юнгерову. Причем отобрали под надуманным предлогом, дескать, немец, который продал эти машины, был обманут.
Дальше события развивались так: Денис позвонил ребятам Гамерника и в оскорбительной форме изложил свое видение ситуации, сделав тем самым невозможным отступление для них.
«Стрелу» забили на Обводном канале — ночью, в местечке, окруженном кустами. Выбранное время и место, понятное дело, предусматривали интонацию разговора. Без железа[127] на такую встречу ехать было бы смешно, самоуверенно и глупо.
«Гамерники» прибыли заряженными[128], на четырех машинах и расположились неправильно — слишком кучно.