Правда, придется попросить подкреплений из метрополии, но разве это беда? Так – незначительные затруднения…
– …Нет, нет и ещё раз нет! – резко произнес лорд-председатель Совета Джеймс Макдональд[301]. – Ни в коем случае нельзя ослаблять те экспедиционные силы, которые Корона выделяет для наведения порядка в Германии! – он возвысил голос и патетически продолжил: – После вмешательства в германские дела стремительно коммунизирующейся Италии положение стало критическим! И если сейчас не бросить в огонь предназначенные войска из доминионов и восемь британских дивизий – потом, господа, и двадцати восьми дивизий может оказаться недостаточно для выправления ситуации!
И с этими словами он откинулся на спинку своего кресла, всем своим видом как бы говоря: «я сделал все, что мог».
– Послушайте, лорд-председатель, – военный министр Дафф Купер[302] примирительно поднял руки, – ведь никто не говорит об отказе от миротворческой миссии. Вряд ли его величество Король-в-Совете[303] не понимает опасности, исходящей от Красной Германии.
"– Особенно если учесть, что совсем рядом – Китай, – хмыкнул премьер Болдуин[304], – в котором красные коммунисты и розовый Гоминьдан совершенно непредсказуемы. Только-только мы были на грани настоящей войны с Россией из-за этих желтых мартышек, а если к ним присоединятся ещё и какие-нибудь дикие сикхи или очумевшие от вседозволенности раджпуты[305]…
– Почему раджпуты? – осведомился глава Имперского военного ведомства генерал Горт[306].
– Нет, – отрезал премьер. – А что, есть принципиальная разница, кто это будет: гаркхвалы, мохъялы, догры, джаты, ядавы[307] или раджпуты? Важно то, что если мы сейчас выкажем слабость – остальных нам тоже не удержать.
– Джентльмены, джентльмены, – Джеймс Макдональд прервал филиппику Болдуина.