Ты разве не видишь, как, прячась за спиной персов, он понемножку захватывает наши земли?
– Ах, кто теперь разберет, где правда и где неправда! – с досадой сказал Евенет. – Но я решил оставить Темпеи. Ты же слышал – у персов огромное войско!
– Что у персов огромное войско, это всем известно, – сказал Фемистокл, – но если каждый раз это слово «огромное» будет пугать нас и вынуждать к отступлению, то надо заранее покинуть Элладу и оставить родину врагу!
– Я вижу, что ты недоволен моим решением, Фемистокл, – ответил Евенет, – но и я не из трусости решил оставить это место.
– Еще один проход?
Фемистокл покачал головой. Он мгновенно представил себе, как гибнет его войско в этой зеленой долине, которая теперь казалась ему зловещей.
– Ты прав, Евенет, – сказал он, – нам надо немедленно уходить отсюда.
На рассвете эллины оставили лагерь и ушли из Темпейского прохода обратно на Истм.
Фессалийцы были покинуты. Теперь им ничего не оставалось, как перейти к персам, «ибо нет силы сильнее немощи». А их военная сила была ничтожна.
Гроза над ЭлладойМолодой персидский царь Ксеркс, сын Дария, поднял в поход свои бесчисленные войска, дабы «не умалить царского сана предков и совершить не меньшие, чем они, деяния на благо персидской державы».
К походу готовились несколько лет.
На перешейке мыса Акте Ксеркс распорядился прорыть канал. Он хотел по этому каналу провести свой флот. Можно бы пройти и вокруг Акте, но Ксеркс боялся этой красивой, но смертельно опасной для мореходов горы. Его отец, царь Дарий, во время похода на Элладу потерял там триста кораблей. В то время, когда персидский флот шел мимо Акте, вдруг поднялась неистовая буря.
Поэтому Ксеркс приказал прорыть канал через перешеек, чтобы его флот мог пройти в Эллинское море. Множество людей из месяца в месяц, из года в год рыли заступами и кирками этот канал.