Нужно немедленно уходить, искать признаки жилья… а уж потом они вернутся – обязательно раньше Субботина – и прочешут эту хренову тайгу вдоль и поперек…
Он тащил ее по лесу, увещевал, орал. Но она не понимала элементарных вещей. То молчала, то вновь метала молнии и была вылитой демоницей. Он тоже закипал.
– Скажи спасибо, идиотка, что жива осталась! – орал Илья. – Полсотни здоровых мужчин отдали богу душу и вряд ли будут похоронены! А ты живая, при цацках, да еще претензии предъявляешь! Как будто я сам не хочу найти коллекцию Павла Афанасьевича!
Но с логикой у Даши было скверно.
– И кому же это я, мой разлюбезный, должна сказать спасибо? – язвила она, кривляясь и гримасничая. – Уж не тебе ли, друг Илюша? Ты совсем на меня внимания не обращал – сама выживала, сама о себе заботилась!
От черной неблагодарности он чуть не задохнулся. Уже рука летела ввысь, чтобы отвалить пощечину, – сдержался, сплюнул. Да черт с ними, с этими бабами. Натура у них такая – капризничать и изводить придирками сильный пол.
Он тащил ее в лес, не подозревая, как ничтожная случайность может изменить судьбу человека. Что случилось, как он проглядел? В глазах уже двоилось, ноги подкашивались, да и мешок с «нажитым» тянул к земле. Машинально отмечались изменения ландшафта: падение в низину, ступенчатый подъем по извилистой тропке между камнями – и полный хаос известковых глыб, увенчанный чахлыми кустиками. Огромный разлом вырос поперек движения – каскады уступов, террас, кривоногие карликовые деревья, цепляющиеся корнями за трещины.
– Я же говорила – нам нельзя сюда идти! – визжала Даша. – Проход закрыт, понимаешь?!
– Да нет, – бормотал Илья, – здесь должен быть проход, подожди минуточку…
Пропасть качнулась. Сердце екнуло. Он отступил, присел на корточки. Спустился на уступ, взялся за шершавый ствол, произрастающий невесть откуда, перегнулся, вытянул шею…
– Пойдем, – поднял он голову.
– Не пойду, – мотала она растрепанной гривой. – Я же не сумасшедшая, правда? Пошли назад, Илюша…
Она отступала к лесу. Илья испугался. Кто там знает, что у бабы на уме. Припустит обратно – носись потом, выискивай. Он оттолкнулся от шершавого ствола, вскарабкался обратно, ухватил за полу курточки. Она отчаянно вырывалась.