Держась за круп, ковылял волостной писарь с разбитым носом. Третьего где-то потеряли. «Не продолжается ли кровавая жатва?» – насторожился Максим. Но все оказалось проще. Возможность уникальная и, видимо, последняя: Максим выкатился из-под куста, влетев рыжему под ноги. Парень завопил, выпустил поводья. Олух тот еще – испугался до смерти, даже не пытался оказывать сопротивление: он свалил его одним ударом, свернув нос, а потом бил самозабвенно, пока у нетопыря глаза не закатились. Метнулся на помощь Генке, который таскал за волосы писаря, а тот лупил его локтем под дых.
Тут будет реклама 1
Схватил Сидорчука за шиворот, поволок к ближайшей осине, где и влепил его лобешником в невозмутимый ствол… А потом случилось совсем невероятное. Дрогнули кусты, лязгнул металл – он запоздало сообразил, что вот и третий догнал… метнулся куда-то, не разбирая дороги. Грохнул выстрел, тряхнув шапку кустарника. Генки на виду уже не было, и то слава богу. Максим подпрыгнул… и застыл, увидев перед собой оскаленную харю. Зелень на лице густыми пятнами, кадык гуляет, как коленвал, но приклад уперт в плечо, ствол нацелен куда надо и вот-вот изрыгнет порцию свинца… Он застыл, как кролик, примеченный удавом.
Тут будет реклама 2
И наблюдал с благоговейным изумлением, как за спиной проходимца на кочке вырастает женская фигура – Алла Микош! Вся зеленая, чумазая, как кикимора, волосы сосульками, а в руках что-то ржавое, совсем не приспособленное для слабых женских рук. Пыталась наставить на негодяя, но руки тряслись. Он проморгался – револьвер! Самый настоящий «наган» времен Гражданской войны!
Почуяв неладное, проходимец обернулся.
Тут будет реклама 3
Алла надавила на курок. Что-то хрустнуло. Надавила еще раз – тот же результат. Совсем спятила… Татуированный нервно гоготнул. Она упорно продолжала давить. В механизме что-то со скрежетом сработало, надсадно провернулся барабан, хлопнул выстрел…
Парню пробило грудь. Он рухнул плашмя, захлебнувшись хохотом. «Не может быть», – подумал Максим.
Он подошел к трясущейся девушке, отнял револьвер, недоверчиво на него уставился.
Тут будет реклама 4
Бывают же чудеса в решете… Он обнял ее, ослабшую, падающую, усадил бережно на кочку.
– Спасибо, милая… Ты где взяла эту гадость?
– Т-там… – она ткнула куда-то подбородком. – С-скелет офицера с фуражкой, п-помнишь?.. И эта штука лежала под телом, во мху, я взяла и постеснялась говорить…
Какие мы порой застенчивые. И хорошо, что не показала ее раньше, – последствия могли бы быть хуже… Показалась обалдевшая Чеснокова с коктейлем, размазанным по мордашке.
