Вот и настиг ее бросок хищника, стоило ей только на секунду потерять бдительность. Вмиг каждая клеточка тела так напряглась, что она в буквальном смысле смогла услышать, как течет по венам собственная кровь.
— Расслабься… — сказал он обманчиво тихо. С чуть заметной хрипотцой, которая появлялась в его голосе только при азарте и возбуждении. Она это уже успела зафиксировать.
Встал, вальяжно подошел к стушевавшейся девушке, попытавшейся нелепо спрятаться за своим инструментом, как за преградой. Наивная…
Обошел её, сжав сигару между зубов.
"— Не надо дрожи… Только не так, Ника. Не от страха и унижения. Я не пытаюсь сейчас тебя унизить. И напугать тоже не пытаюсь. Ты прекрасна… Нужно полюбить свое тело. — Она чувствует исходящий от кромки сигары жар, чувствует ее густой аромат, смешивающийся с его личным запахом-терпким, шикарным. Голову кружит. И вовсе непонятно — то ли от страха, то ли от смущения, а может…
Ткань заструилась по телу вниз.
— Вот так. Как красиво… — говорит еще тише, проводя, едва прикасаясь пальцами по изгибу спины, — прелесть БДСМ, Ника, еще и в том, что партнеры любят свое тело и хорошо его знают. А у тебя пока с этим проблемы. Садись.
Он развернулся на каблуках, вернулся к своему креслу. Занял ту же позу, что и несколькими мгновениями раньше, когда только отдавал свой порочный приказ.
Ника расположила инструмент между ног так, чтобы хоть как-то закрыться от его пронзительного взгляда. Сердце неистово забилось.
— Шире ноги, Ника, — продолжал он, — не нужно зажиматься. Сядь так, чтобы твоя поза на сказалась на качестве исполнения. И не думай ни о чем. Отдайся игре. Отдайся ощущениям.
Она закрыла глаза, пытаясь настроиться. А потом руки повели ее сами. Наверное, только с третьего-четвертого аккорда пришло понимание того, что она исполняет «Wicked game». Почему-то подсознание выдало сейчас именно эту композицию. Она сосредоточилась на хорошо знакомых ощущениях, которых так не хватало все эти дни.
Подняла глаза на него, чтобы увидеть этот взгляд. Трудно было описать его односложно. Страсть, секс, вожделение, даже алчность. И в то же время, восторг и даже… гордость? Не может быть… Она придумывает себе. Снова появилось то странное, необъяснимое впечатление разговора их внутренних я… Его и Её… Он курил и слушал, то нежно, то жестко оглаживая ее глазами.