Буду учить подчиняться. Учить вверять власть над собой другому. Полный контроль. Абсолютный… Это чувство можно поймать только на борту авиалайнера, вися в воздухе на высоте десяти тысяч метров. Вот уж когда от тебя действительно ничего не зависит. Даже среди океана и то больше возможности взвалить ответственность на самого себя, особенно, если ты хорошо плаваешь…
Девушка была готова проклясть все на свете. Нет, нет и еще раз нет! Это было не просто страшно. Так страшно, что внутренности выворачивало. Ника не была трусихой, отнюдь, но… Каждый человек имел свои страхи, имел свои стоп-зоны.
Девушка все еще не верила, что они делают это… Что Она делает это…
Адам заставил ее сесть в кресло штурмана, а сам сел в кресло пилота.
— Боже, нет!!! Умоляю, Адам!!! Пожалуйста. Где пилоты? Почему мы здесь? Ты же не хочешь сказать, что…? — в ужасе посмотрел на него, невозмутимо и знающе опускающего рычаг за рычагом на панели управления.
— Ника, только что ты заработала на очередную порку, назвав меня на «ты» и по имени. Продолжай в том же духе — и по прилету на место назначения я сделаю так, что ты не сможешь сидеть неделю.
Его слова впервые даже не зацепили ее. Было так страшно, что скажи он ей сейчас самое унизительное, самое пошлое и грязное на свете, она бы в ужасе пропустила это мимо ушей.
"— Ты все верно поняла. Если тебя это успокоит, то я опытный пилот, красавица. И часто предпочитаю управлять своим судном сам. А вот на тебя сегодня будет возложена важная задача. Точно выполнять все мои поручения. Это будет несложно. Я буду говорить тебе, что нажимать, а ты будешь тут же это делать — и тогда все будет хорошо.
— Va' a cagare! (итал. — иди в задницу) — прошептала она злобно себе под нос, на что он, звонко засмеявшись, цокнул.
— Вторая порция порки, красавица, — произнес на чистейшем итальянском, бросая на нее озорной, лукавый взгляд, — продолжай в том же духе, и я хорошенько сегодня, судя по всему, развлекусь…
— Вы… знаете итальянский? Вы же говорили…
— Я знаю его плохо, Ника. Не так хорошо, как мог бы. Практики пока было маловато.