Отличное укрытие, – похвалил Петька.
Только как наблюдательный пункт никуда не годится, – не преминул заметить Дима. – Попробуй что-нибудь разгляди сквозь эти кусты.
– Глядеть надо лучше! – Вовка указал на просвет между зарослями.
– Ух, ты! – обрадовался Петька. – Отлично видно.
Сквозь листву виднелась соседняя могила, а за ней – еще одна, на которой возвышался высокий постамент, увенчанный голубем из белого мрамора. Каменная птица распростерла крылья. Казалось, она хочет куда-то улететь, но у нее не хватает сил оторваться от пьедестала.
– Сколько натикало? – спросил Вова.
Петька взглянул на светящийся циферблат часов.
Без десяти двенадцать.
– Рано еще, – сказал Петька. – Ждем до полуночи.
– Если вообще дождемся, – Диму охватили сомнения.
– Если не веришь, зачем пришел? – обиделся Вова.
– Не твое дело, – отрезал Дима.
– Прекратите, – шикнул на них Петька. – Нас ведь могут заметить.
Мальчики послушались.
Тишина вокруг стояла пугающая.
Минут пять друзья находились в полном молчании. Время от времени они поглядывали на могилу. Мраморный голубь белел во тьме, как привидение.
Вдруг тишину прорезали резкие крики, словно где-то над головами ребят заплакал грудной ребенок. Друзья в ужасе уставились друг на друга.
– Филин, – одними губами произнес Вова.
Говорят, эти птицы предсказывают близкую смерть человека, – робко проговорила рыжеволосая Настя.
– И предсказывать нечего, – глухо откликнулся Петька. – Кругом одни покойники.
– Не надо о них, – с мольбой произнес Вова. – Еще беду накликаем.
Леденящие душу крики смолкли. Петька снова посмотрел на часы. Ровно двенадцать ночи. Он повернулся к просвету между зарослями. Остальные, тоже не отрываясь, глядели на могилу с голубем.
Внезапно всех пятерых пробрала дрожь.
"Тот стоял в прежней позе. Так длилось с минуту. Затем до ребят донесся не то писк, не то скрип. И почти тут же мраморный голубь словно бы ожил.