Как всегда, теряясь и путаясь в словах. Как всегда, косноязычно. А она не была косноязычна. Она все очень четко донесла.
Я тогда со злости рванул вниз и долго вымещал ярость на ни в чем не повинной груше. Очень хотел на живом мясе, но парни мои, увидев меня в таком состоянии, моментально рассосались от греха. И не отсвечивали.
А на следующий день я получил удар под дых, наблюдая, как моя принцесса ледяная, поцелуями не разбуженная, высаживается из машины какого-то козла. И вот тут меня унесло. Наверно, даже похлеще, чем Носорога в свое время от козней беляночки.
Значит, со мною - только холодный игнор? А с кем-то другим - утреннее теплое послесексовое прощание? Не просто же так он ее в такую рань на работу подвозил? Явно после ночи горячей! Так, значит?
Не помню, как дошел до приемной, в голове только обрывки яростные.
Вспышки.
Ощущения.
Она.
На фоне окна. Стоит, вытянувшись на табуретке с лейкой. Прозрачная, нереальная какая-то, воздушная. Глаза - огромные! Волосы - огнем! Губы полуоткрытые - как удар в голову! Пропущенный!"
"Не слушаю, что говорит, не понимаю даже.
Не удержался. Схватил. Зачем? Не знаю. Держал! А она... Что-то говорит! Злое, выплевывает в лицо мне! А я не могу, не понимаю, чего говорит. Смотрю, глаз оторвать не умею от нее, от ее лица разгневанного.
И все, никаких стоп-кранов больше, ничего! Только зеленый свет! Сама целует! На стол, спиной, ноги, длинные, шикарные, в чулках, обхватывают, сами! Бл*!!!
Это был не секс, нет! Это было помешательство! Просто помешательство! Форменное! Сожжение ведьмы на костре! Я - был этим костром.
И на следующий день, глядя на экран Пашиного ноута, я прикидывал даже не кто меня сдал, какая гнида это сделала, потому что я все же поудалял, не совсем отбитый же.