На едва проснувшееся сознание разом навалилось все: уход жены, мысли об Агнии, вчерашний скандал…
Внутри было тяжело и муторно. Он снова прикрыл глаза, представил себе Агнию: скромную, нежную, даже не подозревающую о том, как безумно она красива. Почти каждую ночь в этой, супружеской, постели, он думал о том, а одна ли она сейчас?.. Не нашелся ли кто-то лучше, чем он, моложе, чем он, привлекательнее, чем он?.. Страх потери сковывал тело и душу, вырождаясь в бессонницу и раздражение. Бесило все: тихий ход часов на тумбе, размеренное, почти бесшумное дыхание жены рядом…
Порой он ненавидел Лиду до скрипа зубов.
Он отчаянно жалел, что кинулся в семейную жизнь так рано, хотя мать его предупреждала. Представлял, что жена вдруг исчезает и между ним и Агнией больше нет никаких преград…
Конечно, он давно уже мог развестись. Но он дал себе слово много лет назад - и был ему верен. Тот принцип, что он сам себе выработал, стал основополагающим во всей его жизни.
Вот только все равно упорядоченный, тщательно выстроенный им быт стремительно полетел кувырком. И впервые за все годы, что это длилось, мысли об Агнии не утешали его, не помогали встать и идти вперед…
Взгляд Терехова замер на пустой подушке рядом. Странное чувство: он получил, казалось, то, чего втайне хотел. Лида исчезла. Но ему отчего-то вдруг возжелалось, чтобы именно она сейчас была рядом. Чтобы жизнь, что без нее в считанные мгновения превратилась в разруху и хаос, приняла прежнее течение…
Он только сейчас начинал понимать, что не он был центром всего.
Она.
Горло снова сжал беспощадный страх. Терехов вынужден был признать одну вещь, которая ему категорически не нравилась: у него, кажется, попросту не осталось рычагов воздействия на жену. Она зависела от него всю жизнь и в этом заключались его сила и власть над ней. Он никогда и не думал, что она осмелится выйти за пределы мира, который он создал. Одна, без работы и денег, с маленьким ребенком в придачу…
Но она это сделала.
Она больше не боялась - и это делало его самого беспомощным и бессильным…
Что ж, если страх больше не работал, он готов был разыграть иную карту.
Он собирался показать ей, как легко сможет заменить ее другой…
Той, о которой так мечтал.