А что случилось после? Стоило нам остаться вдвоём, как эта невозможная девушка снова превратилась в глыбу льда, которую интересовало только укрепление связей. Она будто вообще перестала что-либо понимать в романтике. Моя осторожная попытка сблизиться, продемонстрировать свой интерес была проигнорирована. Лишь упомянув её отца я смог найти в ней отклик и увидеть хоть немного эмоций на красивом лице. И опять причина улыбки кралась не лично во мне.
Кажется, меня всё больше одолевает какая-то смехотворная жадность. Зачем мне эти мелочи? Какой прок от счастья на лице Рейны? Раз уж мой интерес разгорелся от вида жены в сорочке, то разве это то, чего я должен желать? Почему меня вообще заботят эти вопросы?
«Просто кое-кто привык, что женщины либо сами виснут на нём, либо игнорируют его», — отчётливее обычного прозвучал в голове голос Дрейка.
Это произошло так неожиданно, что я сбился с шага и немного отстал от жены. Спешить нагонять её не стал, потому как заминка произошла к лучшему. Впереди уже всё ярче горели огни бального зала, отчего повышалась вероятность наткнуться на кого-то из гостей.
Продолжая неспешно шагать по хрустящей под сапогами дорожке, решил пообщаться со своим персональным «демоном».
«Тебе в драконьем очаге заняться нечем?» — холодно спрашиваю у дракона, пока мой взгляд неотрывно следует за Рейной. Девушка как раз поднималась по ступенькам на террасу и на ходу закрывала лицо маской.
Интересно, Белла нарочно нарядила Рейну так мрачно, чтобы она больше сливалась с толпой? Хотя это всё равно не помогло.
"«Скучно», — вдруг впервые на моей памяти решил пожаловаться Дрейк. До этого дракон либо издевался, либо выражался эмоциями, а не словами. — «Твоя родня собрала тут весь молодняк, поговорить нормально не с кем. А за тобой интересно наблюдать. Тем более что делать это стало легче».
Услышав такое признание, ненадолго замер у входа на террасу, чтобы мысленно произнести:
«Да и говоришь ты отчётливее обычного. С чего вдруг такие перемены?»
«Кто знает», — уже более походя на себя протянул Дрейк, даже при мысленном общении отчетливо зевая. После чего фыркнул и проворчал: — «Одно могу сказать: обычно так спокойно я ощущаю себя только после праздника Единства. Но он ещё не состоялся, а мне всё меньше хочется поглотить твою волю. Странно всё это».