Поцелуй нежный и сладкий.
— Тебя очень часто не было рядом.
Он целует увереннее. Глубже. Я чувствую касание языка, я чувствую его вкус и закрываю глаза."
"Так тихо здесь, в этой одинокой гостинице на трассе. Так хорошо. Весь мир сужается до поцелуев Алекса. До осторожных объятий.
— Ты мне все расскажешь, — шепчет он. — Вообще все. Я хочу знать о каждом твоем дне без меня.
Волоски поднимаются. Я киваю, он вновь целует. Потом переворачивает на спину и накрывает собой, огораживая от всех проблем. Я запрокидываю голову, позволяя ласкать шею.
Он зацеловывает грудь, ведет губами ниже. Стягивает шорты вместе с бельем. И касается пальцами моих складок. Очень нежно. Я сглатываю и на секунду зажмуриваюсь. Удовольствие прокатывается по телу, просачивается внутрь и согревает каждую клетку. Разгорается от каждого касания, наполняя предвкушением. И мне хочется, так сильно хочется только одного — чтобы Алекс не останавливался.
Его дыхание частит. Кожей своей чувствую. Самой нежной своей кожей.
Поцелуи тягучие и горячие. Я прекрасно его понимаю, будто и не было этих лет разлуки. Знаю, что Алексу хочется перейти к главному. И в то же время ему безумно нравится это болезненное ожидание, которым он себя изводит, разгоняя меня.
Я сгибаю ноги в коленях и развожу их шире, когда поцелуи становятся чувственнее. Алекс касается языком клитора, обводит и втягивает в рот. Я дергаюсь от разряда тока, что простреливает тело, сдвигаю ноги, он раздвигает вновь.
— Моя, — успокаивает резко.
И целует меня там. Лижет, бьет языком по оголенным точкам. Тихо стонет каждый раз, когда вздрагиваю. Когда предпосылки спазмов взрывают дикостью.
Наслаждение нарастает, и в какой-то момент я просто расслабляюсь, доверяя Алексу. А он помнит. Все помнит, как мне нравится. И стонет, лаская меня.
Зарываюсь пальцами в его волосы, стягиваю их сильнее. Его руки держат крепко. Его поцелуи жадные и неутомимые. Я задыхаюсь снова и снова.
А едва перестаю двигаться навстречу — он падает сверху. Прижимается губами к шее. И медленно входит, растягивая меня, разгоряченную. Толкается в конце. Вцепляюсь в лопатки, сжимаю их.
— Больно? — шепчет Алекс на ухо прерывисто.
Останавливается, замирает.