Ради моего мальчика, которого никому не дам в обиду ни при каких обстоятельствах.
Вопреки всему миру. И вопреки сухому распоряжению его отца, полученному в ответ на новость.
Глава 2
Чуть больше года спустя
Иногда я сравниваю свою жизнь с мозаичным ковром. Во времена занятий спортом на нем был четкий, выверенный рисунок. Ни пропуска, ни лишнего штриха. Я выкладывала детали с восторгом и страстью! Поэтому, когда сломала ногу, и не смогла больше использовать привычные материалы, мой ковер быстро потускнел и поблек.
Тогда и появился Алекс. Необычный, яркий, смелый мужчина с безумными мечтами. Он был старше, опытнее, успешнее. И я влюбилась так сильно, как только могла! На всю мощность, что выдавало сердце.
Влюбилась в его запах, тепло, в его ум и талант. Я была без ума от того, как он занимается любовью. Как ухаживает и заботится.
Алекс показал, что жизнь — штука переменчивая. И главное наше качество — гибкость. Сам он, как и положено бизнесменам, не единожды проваливался на дно и каждый раз взлетал ввысь.
И за моего сына, разумеется. За маленького кудрявого Демьяна.
— Эй! Да стой же ты! — кричу я и, бросив коляску, кидаюсь в погоню.
Дёма визжит от восторга. Ему год и месяц, но к своему возрасту сын, увы, так и не научился ходить. Сразу — бегать. Причем на какой-то космической скорости! У меня, конечно, опыта материнства не так много, но видно же по другим детям. Моего можно выставлять на марафонские бега.
Дёма оглядывается, дабы убедиться, что мать поспевает. И, взвизгнув, несется дальше. Эту дорогу он знает прекрасно: мы идем по аллее к его любимой площадке.
— Дёма! Сейчас поймаю же и съем! — комично-устрашающе кричу я, специально замедляясь, чтобы он подольше чувствовал себя победителям.
Демьян добегает до ларька с мороженым, останавливается и преданно смотрит на витрину. Когда здесь поставили этот ларек, жизнь всех мам района здоровски усложнилась. Иногда, в самой глубине души, мне хочется его сжечь какой-нибудь безлунной ночью.
— Мы договорились, что купим после прогулки. Нас ждут тетя Лена с Гордеем.
Демьян глядит на меня, я на него. После чего он просто ложится на землю, раскинув руки-ноги звездой. Я закатываю глаза, скрещиваю на груди руки. Начинается.
Середина августа, прекрасная погода, земля теплая. Он не застудится, переживать не стоит. Лишь кровушки моей высосет.
Ар-р.
— Дёма. Дём, нас ждет Гордей.