Две минуты... Так мало, если брать в расчет обычный рутинный день. Всего-то одна песня.
Когда ты на ковре, это целая жизнь. Жизнь, что у меня была до беременности.
Закончив, я выдыхаю и оглядываюсь. Зал шумит аплодисментами. Сердце колотится, щеки пылают. Адреналин взрывается в венах фейерверками. Кажется, впервые за два года я была собой. Кем-то большим, чем мамой славного мальчика. На целых две минуты я стала чемпионкой.
Усилием воли запрещаю себе смотреть на Алекса. Хватит ждать его реакции! Это моя минута славы.
Потом мы фотографируемся. А чуть позже я переодеваюсь в платье и танцую. Тысячу лет не танцевала, не веселилась, не смеялась так много. Руслан наконец вырывается из своих дел и уделяет время мне и медленным танцам.
— Жаль, что ты не успел на мое выступление. Говорят, я была хороша, — произношу с улыбкой. Обнимаю его за шею.
Мы плавно двигаемся под музыку.
— Торопился, Ива, спешил как мог. Вроде уладил. Андреева повесила на меня Корнева, а куда я его пристрою с таким арсеналом?! Да, играет он окей. Но ведет себя как ублюдок! Я уже видел завтрашние заголовки, что Никита Корнев чуть было не лишил страну космической станции!
— Жесть. Что в итоге?
— Поиграет пару лет в ебенях, остынет, там видно будет. Ладно, забудь. У меня тут появилась идея. Может, ты повторишь номер для меня?
— Что?"
"— Прямо сейчас. Пойдем? Я раздобыл ключи от шатра.
— Ты шутишь! — смеюсь я. Округляю глаза, когда Руслан демонстрирует связку. — А если кто-то узнает?
— Никому шатер уже не понадобится. Посмотри на Андрееву.
Алла Теодоровна весело танцует с подругами. Кажется, после стресса на мотокроссе, извинений-примирений и прочего, она выпила чуть больше, чем нужно. Праздник только разгорается. Приглашенные артисты заводят танцпол.
— Улизнем? — заговорщически шепчет Руслан. — Никто не заметит.
Я оглядываюсь по сторонам и прихожу к выводу, что он прав.
— Давай!
— Только украду выпить. Мне нужно расслабиться.
Руслан просит в баре бутылку воды и бутылку виски, берет меня за руку и утягивает в темноту улицы. Смеясь как подростки, мы добегаем до шатра. Руслан открывает дверь, включает свет. Вау!
— Это мой рай! — объявляю громко. Выбегаю на ковер, скидываю босоножки и, расставив широко руки, кружусь.
— Кажется, теперь и мой тоже, — смеется Рус, откупоривая бутылку и делая глоток.