Полковник Савельев, морщась, глотал какие-то таблетки, поглядывая на иллюминатор.
Его помощники, молчаливые здоровые парни, сидели на своих местах, косясь на хозяйство физика.
Костя был в сознании, судя по его открытым глазам, но едва ли соображал, где находится.
– Егор Левонович? – обратился Максим к учёному. – Куда нас опять занесло? Вес вернулся, значит, мы дома?
– Не уверен, – невнятно отозвался Карапетян. – Оси не совпадают.
– Что? Какие оси?!
– Квантовые параметры… не могу определить лямбду…
– Хрен с ней, с лямбдой, что советуете делать?
– Надо подняться выше… не выходя из иномерианы… или опуститься ниже…
Вертолёт внезапно содрогнулся.
Закричал пилот:
– У нас проблема: полетел крепёж подруливающего винта!
– Исправить можно? – прокричал Максим в ответ.
– Только на земле.
– В таком случае садимся!
– Не смейте! – охнул Карапетян.
– А не сядем – разобьёмся к чёртовой матери! Нашли же вы вход в иномериану над чёрным лесом? И снова найдёте! А если мы дома, то и искать не придётся.
– Как хотите, вы решаете.
Максим глянул на Савельева.
– Товарищ полковник?
– Садимся, – кивнул Сергей Макарович. Судя по лицу, ему тоже было нехорошо. – Это не Тюмень.
– Почему вы вспомнили Тюмень?
– Потому что иномериана отыскалась там, и летели мы к вам оттуда.
– Ясно. Помочь?
– Чем ты поможешь? Контролируй ситуацию.
– Парни, садимся! – крикнул Максим пилотам.
По изменившемуся весу стало понятно, что винтокрылая машина начала опускаться.
Через минуту белёсый туман вокруг неё стал рассеиваться, и приникшим к иллюминаторам пассажирам стал доступен внешний обзор.
Вертолёт, медленно вращаясь вокруг оси из-за остановившегося хвостового винта, шёл вниз с высоты примерно в два километра, приближаясь к буро-зелёному, с фиолетовыми вкраплениями, ковру растительности, накрывшему равнину, от горизонта до горизонта.