Или это всего лишь показатель ее профессионализма?"
"Безусловно, я понимал, о ком мне говорила Тамара, предлагая посмотреть на девушку и поговорить с ней. Но признаться в том, что я выделял эту официантку из всего их коллектива, я не мог. Да и что толку от того, что я ее выделял? Мало ли кто и кого выделяет из толпы? О каком романе между нами может идти речь, если Маруся будет работать у нас? Сможет ли она и потом мне так же мило улыбаться? Улыбаться, видя меня каждый день, а точнее, мою колченогую походку? Будет ли выполнять все мои требования касательно работы и терпеть мое занудство во всем? Будет ли все так же на меня смотреть и улыбаться при моем появлении?
Очень в этом сомневаюсь!
Я люблю четкое выполнение работы.
Конечно, мне хотелось произвести на Марусю впечатление, чего уж там. А еще мне хотелось увидеть, как она себя поведет, увидев мой дом, напичканный дорогой и умной техникой. Хотелось увидеть вспыхнувший интерес в ее глазах. В груди предательски теплилась надежда, что интерес этот будет ко мне, а не к моему благосостоянию.
Я, дожив до своих 32-х лет, уже понял, что сам я, как мужчина, как человек, со своими колченогими ногами интерес у молодых и красивых девушек вызывать не могу. Естественно, я и хотел, и боялся вспыхнувшего в глазах Маруси интереса.
Всю дорогу до моего дома Маруся молчала. Так же, молча, мы заехали на территорию нашего поселка. На улице ночь, в большинстве домов на нашей улице свет уже не горел. Впрочем, свет в доме соседа, живущего в начале улицы и имеющего такой же автомобиль, я в расчет не беру.
– Дом, зажечь свет! Маруся, проходите, не стесняйтесь! Там гардероб. В комоде есть новые тапки. Чаю хотите?
– Нет, спасибо. Поздно уже. Завтра же рано вставать. Вячеслав, Вы лучше мне покажите, где у Вас кухня.
– Зачем? – опешил от просьбы девушки.
– Ну, с меня же завтра яичница и бутерброд. Я помню, – Маруся улыбнулась смущенно, – я лучше сейчас спрошу, чем буду завтра с утра посудой греметь.