Она теперь работает у Вячеслава? Он ее взял без собеседования?
– Давай-ка я помогу тебе разуться и куртку снять! – продолжал уже в доме ворковать Вячеслав, помогая вытащить здоровую руку из рукава и медленно наклонившись, потянулся к ее сапогам.
– Я сама. Спасибо! – Маруся наклонилась и быстро расстегнула молнии на сапожках и, сняв их, поставила аккуратно на полочку для обуви.
– Хорошо, – Вячеслав произнес это и выпрямился, – твоя сумка в твоей комнате. В смысле, в той, в которой ты сегодня ночевала, – поправил он сам себя и чему-то усмехнулся.
– Вячеслав, спасибо Вам.
– Марусь, давай уже на ""ты"". Тем более, что мы уже вроде бы и перешли с тобой, помнишь?
– Хорошо, давайте… давай.
– Вот и ладушки! – Вячеслав улыбнулся. – Куда идти, ты знаешь. Так что иди, располагайся, а я пока ужин разогрею. Ты рыбу ешь?
– Я все ем.
– Ну и отлично! Там твоя подруга просила тебя позвонить, как доберемся.
– Хорошо, спасибо.
Вячеслав ушел на кухню, а она направилась в свою спальню, точнее, в ту комнату, в которой сегодня ночевала.
– Так! Не для ""меня"", а для нас! – одернула сама себя Маруся и поняла, что это ""для нас"" звучит еще более смущающе.
Она дернулась и тут же осела обратно. Подышала. Плечо ныло. Да что за ерунда? Вывих же вправили, почему так болит? В этот раз она встала с кровати аккуратно и пошла вдоль стеночки на кухню.
– О! А ты вовремя, я как раз все успел! – улыбнулся ей Вячеслав, – Проходи, садись на свое место. Утром ты за мной ухаживала, а в обед – я за тобой.
– Лишь бы вечером уже за нами обоими никто не ухаживал, – усмехнулась Маруся, – а то какая-то странная тенденция, не находишь?
– Что? – Вячеслав посмотрел на девушку, а она, поняв, что намекнула сейчас хозяину дома, что они с ним оба ущербные, не просто покраснела, но готова была провалиться сейчас сквозь землю.
– Извини, я не хотела тебя обидеть, – выдавила Маруся.
А Вячеслав, неожиданно, расхохотался.
– Слушай, а ведь ты права! И нет, я не обиделся, но ты метко подметила, кстати.
– Вячеслав, мне очень неудобно. Мы знакомы всего сутки, а я, как мне кажется, только и делаю, что попадаю в неприятности.