Он же приезжал специально к Марзукову…
– По убийству в «тыще» результаты есть? – спросила она.
– Нету.
– А столица?
– Молчит столица. Ей не до нас. У нее там свои половецкие пляски. Тебе, надеюсь, с «Алмазом» все ясно? Или они тоже в заговоре состоят?
– В хреновой финансовой ситуации они состоят разве что, – вздохнула Даша. – Я специально переболтала с налоговой и с ОБЭП. Прибыль почти на нуле, кредит возвращать срок подходит, а денег у них нет. Если тесть Марзукову не поспособствует, за долги новую аппаратуру отдавать придется.
– Кредит они в каком банке брали?
– В «Кедр-гарант», – сказала Даша. – Нашу свидетельницу Казмину с ее «Шантарским кредитом» никак не пришьешь…
– А ты, значит, пыталась?
– Просто хотела найти хоть какие-то связи…
– Ага, и в преддверии банкротства студия решила подработать шантажом… – понимающе кивнул Воловиков. – На безрыбье нам ничего другого придумать не остается.
– Скорее, наоборот, что касается «Листка», – сказала Даша. – Я проверила. Не любят они друг друга. Марзуков себя считает интеллектуальной элитой, а «Листок», несмотря на название, бульварным органом себя признавать никак не хочет, отсюда и контры. А пересечение с сатанистами шло разве что через Житенева. И Ольминская в последнее время что-то увлеклась сатанизмом. Ну, на Житенева «алмазовцам» было наплевать, а вот новые увлечения Ольминской им могли и не прийтись по вкусу.
– Вот и проверь для очистки совести, где каждый из «алмазовцев» был в ту ночь, когда пристукнули Паленого. Чем не версия?
– А это мысль, – сказала Даша серьезно.
– Дарья, я ж шучу…"
"– А стоит ли? Это, знаете ли, версия. Чернокнижные увлечения Ольминской грозили испортить имидж фирмы и создать непредсказуемую ситуацию.
– Ох… – сказал Воловиков. – Счастье твое, что ты раненая. И зверски пытанная сатанистами. И на больничном. Ну сходи, проверь. Для порядка.