Танец Бешеной

Она велела Феде остановить машину в глубине двора, пересекла его и зашла в книжный магазин. Безжалостная поступь рынка настигла и это заведение, сеявшее разумное, доброе и вечное, – добрую половину протянувшегося во всю длину девятиэтажки зала уже занимали прилавки с корейско-китайским ширпотребом, пластмассовыми детскими игрушками и косметикой. Почти сразу же засекла, что следом за ней от самой беседки приклеился «хвост» – молодой парень без особых примет, в кожанке и черной шапочке, именуемой в народе непечатно.

Медленно прошла вдоль прилавков – сначала тех, что с косметикой, а потом тех, что пестрели яркими обложками с полуобнаженными девицами, романтическими любовниками в старинных костюмах, зеленорожими монстрами и крутыми гангстерами. Лежала даже новинка месяца – сочиненная какими-то столичными борзописцами «Анжелика в Сибири». Даша ее уже как-то пролистала – судя по всему, московские подражатели имели весьма отдаленное представление не только о Париже семнадцатого века (это даже Даша поняла), но и о Сибири, простодушно именуя всех ее аборигенов «татарами» и красочно расписывая, как за санями Анжелики гналась разъяренная стая голодных медведей. Правда, надо признать, что постельные сцены (особенно та, где неукротимая маркиза совращает крутого воеводу прямо в приказной избе, у подножия дыбы) по сочности и скрупулезности ничем не отличались от иных творений законных Анжеликиных родителей…

Рядом с ней вдруг остановился Файзулин, сказал негромко:

– Привет, Рыжая.

Она показала большим пальцем себе за спину – так, чтобы этого не видел «хвост».

Файзулин глянул через ее плечо:

– А, это мой… Все чисто. Пошли."

"Уверенно направился к двери подсобки, по-свойски провел Дашу мимо штабелей пачек с книгами, болтавших о своем продавщиц, не обративших на них внимания. Вывел в пустой двор, но этого ему показалось мало – пересек его, вышел на улицу Карманова, не обремененную чересчур уж оживленным движением. Когда они присели на лавочку, ловко и быстро провел вокруг Даши каким-то крошечным черным приборчиком, кивнул:

– Ничего не прицепили…

– К чему такие сложности? – спросила Даша, невольно понизив голос.

 – Что, вы под колпаком?

– Не знаю пока…

– Ого, – сказала она, ощутив легкое охотничье возбуждение. – Что-то серьезное зашевелилось?

– Я же говорю – еще не знаю. Все возможно. – Даше он показался то ли чуточку неприветливым, то ли слегка злым. – Подсунула ты задачку…

– Рассказывайте уж.