Кроме них, в участке находился еще один человек: сидевшая перед компьютером молодая женщина. Бедняжка неизвестно почему заливалась слезами. Когда Мэгги и Джордан вошли, она вытерла глаза рукавом блузки и опустила голову. Мэгги тихо выругалась.
– Так и не получается, Кэрри?
– Сами знаете, как я все это ненавижу.
– Еще бы не знать. С тех пор как ты взялась за эту работу, только и делаешь, что жалуешься.
– Не бралась я, – пробормотала девушка. – Меня заставили. И я вовсе не так уж и жалуюсь.
– Не спорь со мной в присутствии подозреваемой.
– Так я подозреваемая? – уточнила Джордан, ожидая, что шеф это подтвердит. В конце концов, тело обнаружили в ее машине! Пусть ей зачитают права, и она немедленно потребует адвоката.
Но все пошло не так, как предвидела Джордан.
– Подозреваемая? – переспросила Хейден, наклонив голову набок и нахмурившись, словно не знала, как поступить. – Это я определю после допроса.
Джордан решила, что она шутит, но выражение лица Мэгги было как нельзя более серьезным.
Зато камера оказалась вполне реальной. И ее там заперли. Хейден сама повела Джордан в убогую клетушку и повернула ключ в замке.
– Я запираю вас, чтобы вы не убежали, пока буду беседовать с криминалистами. И ключ беру с собой на всякий случай, если кто-то войдет и захочет вас выпустить.
Джордан не ответила. Не могла. Потеряла дар речи.
"Прошло добрых два часа, прежде чем начальник полиции соизволила прибыть в участок. Открыв дверь, она притащила в камеру стул.
– Ваша помощница плачет?
– Конечно, нет, – процедила Хейден. – Это было бы непрофессионально.
Обе услышали всхлипы.
– Простите, я ошиблась, – поспешно пробормотала Джордан.
– Учтите, наша беседа записывается, – объявила Хейден, ставя на топчан маленький диктофон.
Джордан лишний раз убедилась в поразительной некомпетентности начальника полиции.