– А то кто? Больше некому! Вот я его… – пробормотал Ург, тщательно выцеливая темноту.
Луна выглянула из-за тучи. Костер вспыхнул яростно и багрово. Из зарослей показался человек. Таня увидела круглую шляпу и плащ с серебряными пряжками.
Ург захрипел от ужаса. Стрела выпала у него из руки.
– Савант! Мы пропали! – воскликнул он в ужасе.
– Стреляй!
– Бесполезно! Стрелы его не возьмут. Он только разъярится!
– Что делать? Бежать?
Ург замотал головой. Он быстро приходил в себя.
– С ума сошла? Не вздумай выходить из круга! Веди себя естественно, без напряга! Вдруг у него нет с собой запаса зубов.
– А без зубов он может войти в круг?
– Нет. Нежить может войти в круг только в трех случаях: первый – если круг нарушен. Второй – если есть еще внешний круг из зубов мертвецов, и третий – по приглашению. Не приглашай его войти, слышишь, как бы он ни напрашивался!
Путник в круглой шляпе и плаще приблизился. Когда свет костра упал на его лицо, Таня увидела, что это совсем еще юноша, едва ли намного старше, чем она сама.
– Привет! Вы не против, если я погреюсь? – спросил он.
– А ты замерз? – как бы невзначай спросил Ург.
– Еще как, – низким, чуть хрипловатым голосом произнес путник. И это при том, что летняя ночь вовсе не была такой уж холодной.
Ург со значением взглянул на Таню. «Саванты днем жутко замерзают в холодной земле и ночью все время жалуются на холод…» – вспомнила она.
– Понятно. С кем не бывает? А спросить можно: тебе как холодно, до жути? – очень естественно уточнил Ург.
– Что-то в этом духе. Можно сказать, и до жути, – осторожно признал путник. Таня заметила, что черту он пока не перешагнул. Стоит рядом, не подходя к костру.
– Значит, до жути… М-м-м… Да, не везет тебе, парень. Был трудный день? – продолжал Ург.
– Нет, не особо.
– Поспать-то получилось? Вздремнуть под листиками! Задать храпунца, а? Самая первая вещь! Сам люблю! – с заражающим энтузиазмом продолжал Ург, разглядывая его испачканные землей коленки.
– Откуда ты знаешь, что я спал днем? Ну да, вздремнул часик. Но не под листиками, а на деревенском погосте! – удивился путник.
– На погосте? На кладбище, что ли?
– А то! Птички поют, ветерок дует – хорошо. Но потом все равно замерз и решил побродить.