Но будущий ребенок Джареда делает пропасть между нами еще больше, и напоминает мне о том, что я больше не должна мечтать. Ничего этого не будет. Нашего будущего.
«Он поймет это, как только возьмет на руки своего первого сына. От Рании.»"
"– Джаред, – шепчу в ответ я, и расцепляю наши руки. Поворачиваюсь в кресле, и смотрю в одну точку, надевая на себя невидимую маску равнодушия. Джаред еще долго смотрит на меня, словно думает, что я передумаю. Он не отрывает от меня взгляда, не двигается, словно скован льдом.
Когда мы приземляемся, я позволяю ему ухаживать за мной, расстегнуть ремни, проводить до выхода и сойти с трапа.
Джаред провожает меня до машины, и я вижу, как он порывается сесть со мной…
– Не надо, Джаред, – в моем голосе звенит боль. Джаред замирает. Рукой я тянусь к машине, чтобы опереться и залезть внутрь, как вдруг…
Сердце пропускает удар, в считанные секунды дверь автомобиля с хлопком закрывается, а я оказываюсь припечатана к ней, вжата его мощным, пышущим отчаяньем и желанием, телом, к двери.
И только потребность в кислороде, заставляет нас остановиться. Он снова прислоняется лбом к моему лбу, его черты выражают отчаянье и боль, словно это был не поцелуй, а битва. Последняя битва…
Крупные капли дождя бьют нас по щекам и лицу, погода смеется над нами, повторяя то, с чего все начиналось.
– Останься, Мэл. О-ста-нь-ся… – он тяжело дышит, мои ноги подкашиваются. Джаред крепко держит ткань моего платья в области над грудью, сжимает и разжимает, как дикий зверь, сдерживающий в себе все эмоции и желание просто взять меня за шкирку и не отпускать никогда.