Я бы не держал вас на подтанцовках и позволил проявить больше инициативы. Это сделало бы рисунок игры более разнообразным. А так он очень предсказуем. Сборная мира наверняка давно его просчитала… Но старина Айзек не психолог. Не думаю, что Нутто-Гнутто станет отсиживаться за спинами таких дуболомов, как капитан Глинт… Я слежу за игрой этого бабая последние четыреста лет. Он чудовищно нравен. Да и остальные легионеры далеко не паиньки… Они только и ждут матча, чтобы показать себя! Взгляни-ка!
Устав кричать на команду, Айзек Шмыглинг вздохнул и, вытащив сигару, принялся рыскать по карманам в поисках зажигалки.
* * *После известия о переносе времени встречи ежедневные тренировочные матчи стали гораздо продолжительнее. Сразу после обеда драконюхи выпускали Тефтелета и Кенг-Кинга. Выползая из ангаров, драконы щурились на солнце и ревели, выдыхая густой застоявшийся дым.
При первом же свистке арбитра – апатичного плешивого джинна на полосатом пылесосе – Тефтелет сразу взлетал и занимал место в правом углу поля.
– Тефтелет есть замечательный дрякон! Я никогда не видеть такой олимпийский спокойствий! Он работать хорошо, рьовно, без гнефф. Он послющен любой команд. Я не понималь, почему ваш глюпый Соловей отговариваль меня. Соловей стар, Танья! Он растеряль свой нух, – как-то заявил Тане Шмыглинг, довольно поглаживая живот.
Таня благоразумно промолчала, хотя у нее было свое мнение, кто на самом деле растерял нюх, а заодно и последние мозги."
"И вот, буквально за день до матча, грянула гроза. Случилось все примерно в середине тренировочной игры. Момента, когда Тефтелет бросился на Кенг-Кинга, никто не заметил. Все произошло внезапно. Таня как раз выполняла двойную бочку, обыгрывая Пуппера, который улыбался ей во всю свою зубную поликлинику, когда услышала шум и крики.