Темная для господина следователя (СИ)

– Эти двое могут всю тюрьму на уши поднять. Проще разбираться с волнениями без посторонних, – он говорил, а в его глазах стоял испуг. Совсем молоденький, ему не было и двадцати пяти, боюсь, сейчас он больше всего хотел убраться отсюда вместе с нами. Мы вчетвером вышли в коридор, там стояло несколько охранников. Вот только почему-то я была уверена, что они пришли за нами совсем не в том смысле, в котором мне хотелось.

Один из вновь прибывших насвистел ту мелодию, которую я слышала от Либрема, волосы у меня на затылке в прямом смысле встали дыбом, а я медленно повернула голову к куратору.

– То же прилипла? – как ни в чем не бывало спросил он. – Не сказал бы, что отличный мотив, но сам уже несколько дней не могу от него отвязаться. Как думаете, когда можно будет вернуться? – он спросил сразу у всех.

– Никогда, – ухмыльнулся свистун и парень, который вышел с нами из кабинета, с криком упал на пол. – Кабинетный червь и новенькая девчонка, везучая, но такая хрупкая, даже стыдно.

Я потянулась за Лебедем, а потом вспомнила, что все же оставила его дома, чтобы не препираться с охраной.

А он бы мне сейчас пригодился… Хотя о чем я? В голове отчаянно билась мысль, что если я захочу, отсюда вообще никто живым не выйдет. Кроме меня. Ну и того человека, что сейчас прикрывает меня тонкой прозрачной стенкой и отплевывается в нападающих огнем, не давая им подойти ближе. Мысли стали отстраненными, как тогда, когда на меня напал Гунс.

– Темная! Мне не продержаться против них долго, их все же больше и они одарены каждый, примерно, как я! – Либрем тряс меня как куклу, пытаясь вернуть мой разум на место.

А я видела перед собой не его, а себя, только полностью сотканную из тьмы.

– Я это ты, а ты это я, – прошептала она. – Примешь себя?

– Уже приняла, – с улыбкой ответила я и вместо нее, наконец, увидела реальность. Точнее, прижавшихся к стенам двух напавших. И третьего, того самого, что свистел, стоящим на коленях у моих ног.

Черная лента, вытянувшаяся из левой ладони, связала его по рукам и ногам, а та, что струилась из правой, держала за горло.

Но она не сдавливала. Нет. Она медленно наползала на его лицо, отчего он и сам переставал дышать. За дверью на другом конце коридора нарастал шум. Словно к нам приближалась толпа. И это оказалось правдой. Навстречу к нам волной катились мужчины в робах, какие были у вызываемых на допрос. Увидев меня, они сначала радостно ломанулись в нашу сторону, а потом замигал свет.