И вместо того чтобы сказать «алло», она грозно выдохнула в телефон:
– Придешь домой – убью!
В телефоне повисло молчание, а затем мягкий женский голос осторожно спросил:
– Маша, ты? Это Вероника. Извини, я, наверное, не вовремя…
Вечером Костя валялся на диване, а радостная Маша разбирала вещи в шкафу, откладывая в сторону то, что нужно взять с собой, и пересказывая сыну утренний телефонный разговор.
– В общем, тетя Вероника с мужем приглашают нас к себе на все лето. Представляешь? Бесплатно! Костя, ты знаешь, как там у них здорово?
– Мама, да помню я, мы же вместе ездили! Ты забыла все, что ли?
– Точно, забыла, – рассмеялась Маша, покачав головой.
– Рад, конечно. Жалко только, что у них Димка маленький, а то было бы совсем здорово.
– Во-первых, не такой уж и маленький – ему уже восемь лет. Во-вторых, зато Ирка большая.
– Ирка – девчонка, – возразил сын. – Девчонка – это не то. В деревне принципиальна мужская компания.
– Где ты таких выражений набрался? – изумилась Маша. – От отца, что ли? Будет тебе мужская компания, все будет! И друзей новых найдешь, и с Димкой найдете чем заняться. Все будет.
Она замерла около полки со свитером в руках, глядя поверх Костиной головы. Господи, как неожиданно и как хорошо! Они поедут на дачу к Веронике, и можно будет провести там целое лето! Подумать только, целое лето… Долгое, теплое, счастливое лето.
Глава 2
Дмитрий, муж Вероники Егоровой, никогда не называл мать жены иначе, чем Юлия Михайловна.
– А ты рассказала про нее? – спросил он, подтаскивая сумки с продуктами к багажнику старенькой «девятки».
– Сказала, – вздохнула Вероника и положила пакет на заднее сиденье.
– И что Маша?
– Митенька, она так обрадовалась приглашению, что, кажется, даже не слушала меня особенно. Нет, слушала, конечно, только всерьез не восприняла. Подумаешь, ну живет еще в доме больная старуха… Дом-то большой, места хватит на всех.
Вероника услышала от Маши, что ей с Костей негде отдыхать, две недели назад и теперь предложила поехать к ним на дачу в Игошино. Во-первых, ей искренне хотелось помочь приятельнице, к тому же она знала, что Машка – человек необременительный, легкий в общении и жить с ней – одно удовольствие. Во-вторых, имелась у Вероники и другая веская причина. «Может быть, Юля хотя бы при Маше будет вести себя прилично? – с отчаянием думала она.