Обо мне ни слова.
Когда из трубки прозвучало: «Ты меня слушаешь?», вернула телефон к уху.
— Ксюша? — голосит мама.
— Слушаю, мам, слушаю, — прикрывая устало глаза.
— Так вот я к чему это все говорю: несколько месяцев мы не сможем тебе помогать, — делает небольшую паузу. А у меня от усталости и обиды скатывается по щеке слеза. — Там ведь можно найти на это время подработку? Я сама, когда училась в Москве, работала в магазине…
— Можно. Не переживай, я найду. Я в туалет очень хочу. Пока, — не дожидаясь, когда она начнет прощаться, сбрасываю звонок.
Не переживай…
Будто она переживала, даже не спросила, как я себя чувствую, нужны ли мне лекарства. Отворачиваюсь к стене, глотаю тихие слезы. Все переживания этого дня выливаются на подушку. Мамин звонок был последней каплей. Теперь мне еще подработку искать, чтобы не голодать. С такими ценами на стипендию не прожить…
Глава 29
Тимур
— Привет, — киваю девчонке, которая занимает почти все мои мысли.
Получаю кивок в ответ. Отмечаю, что одета она тепло, в отличие от идиоток в тонких колготах и коротких юбках; иногда вместо юбок – шорты.
— В другую сторону смотри, — отпускаю подзатыльник парню, который смотрит вслед Ксюше. Я этот взгляд хорошо знаю. На нее так смотреть не надо, можно челюсти лишиться.
— Понял, — поднимает голову, ловит мой взгляд. Чешет затылок и отходит за колонны."
"— Тимур, у вас это семейное? — подскакивает Злата, Макар за ее спиной закатывает глаза.
— Всех и не надо, — усмехается Кайсынов, протягивая мне руку.
— Макар…
— Золотинка, он его не ударил, а погладил по затылку, — Макар притягивает ее за затылок и целует в висок. Успокаивает свою девочку. Она тут же сдается, расслабляется.
— Ладно, увидимся.
Головой понимаю, что такие отношения – большая ответственность, Макар сознательно взвалил их на себя. В их паре все стабильно. Стабильно хорошо. Порой мне хочется постоянства. Хочется, чтобы дома ждала та самая девочка, с которой в кайф проводить каждый вечер.
Отсиживаю все пары, хотя хочется удавиться от скуки. Причина моей прилежности – рыбка. Заклинило на ней, никак не могу разомкнуть цепь, на которую добровольно себя посадил.
В общежитие она возвращается одна. Незаметно проводив, еду домой.