Это две бомбардировочные авиадивизии. Значит, нас всерьез опасались. Но командование 1-й армии на этот раз не оплошало. Видимо, Тейт Эрлинг смог надавить на нужные рычаги, и не успели республиканцы начать бомбометание, как появились наши истребители. Было их немного, всего четыре десятка, но они свалились на бомбардировщики, словно коршуны на жирных уток, и устроили избиение.
Один за другим вражеские самолеты, оставляя за собой дымные хвосты, устремились к земле. Но, к сожалению, продолжалось это недолго. Появилось прикрытие бомберов.
Тонны бомб обрушились на Арпай и высоты. Однако здесь противника встретили ЗСУ, и «Тучи» отработали превосходно. Они не дали республиканцам сбросить свой смертоносный груз прицельно, а в поселке прикрытие обеспечил дивизион ПВО 22-й бригады. Поэтому результаты у республиканских авиаторов оказались скромными, а наши зенитчики свалили не менее пятнадцати бомберов. Успех! Полнейший! И это только начало дня.
Самолеты улетели. Небо очистилось, но ненадолго. Над нашими головами в сторону фронта прошло более тридцати ударных вертолетов «Сокол» и одновременно с этим поступил новый приказ.
Наступление продолжалось. Мы обошли Арпай, который все еще горел, миновали подбитые на рассвете «Саблезубы» и через экран телевизионной системы я наблюдал за тем, что устроили царские вертолетчики. Они обрушили на позиции противника всю свою мощь. Впереди взрывы и клубы черного дыма.
С левого фланга в роще лагерь нордов. Много мотоциклов, танки и пехота. Что-то горело, и метались люди.
– Первая рота, за мной! – я отдал команду и направил танк в сторону противника.
Мои «Берсерки» покинули шоссе. Дальше колонну возглавила вторая рота. А мы обрушились на республиканский лагерь."
"Есть цель. Вражеский «Конкистадор» пытался выбраться из рощи, чтобы встретить нас.
Попадание. Обе ракеты достигли цели. Еще один «Конкистадор» в мой личный победный список. Не останавливаться! Жми! Дави! Стреляй! Секи пехоту из пулемета!
«Берсерки» уничтожили вражеский лагерь, в котором находилось не менее двух вражеских батальонов. Били из поля, прямой наводкой, и приблизились только тогда, когда появилась уверенность, что сопротивляться никто не будет.