40
Алагир царские войска так и не взяли. Опять сказалось превосходство противника в живой силе и технике. Поэтому полковник Рекио, так и не дождавшись подхода подкреплений, отдал приказ отступать.
И вновь батальон откатывался назад. Медленно и с боями, цепляясь за каждый удобный бугор или развалины, но мы пятились. За трое суток отдали все, что с таким трудом отбивали, и республиканцы смогли деблокировать свою группировку, которая прорвалась к Беренгару. Правда, потери мы им нанесли серьезные, и снова наступило затишье.
Глупая история. Сильно простыл, пока выбивали республиканских солдат из дома. А потом шли бои, и я горстями глотал антибиотики. Простуда отступила, но лекарства ударили по почкам и ноги стали очень сильно опухать. Пришлось обратиться в санчасть батальона, и после обследования меня положили в госпиталь.
Короче, я оказался на отдыхе, которого совсем не хотел, ибо рвался обратно в батальон. Все-таки мы понесли значительные потери, лишились половины танков, и надо было восстанавливать роту.
Впрочем, были и некоторые радости.
Во-первых, в столице утвердили мое повышение в чине, и я стал майором. Обычно это решалось быстро. Командир корпуса подписывал приказ, а в штабе армии его утверждали. Но у меня случай особый. Я числился в гвардии как запасной.
А во-вторых, меня навестил Тейт Эрлинг. Вообще-то он прибыл с телевизионщиками, и в госпитале появился не ради моей скромной персоны. Но раз представился случай, генерал-лейтенант зашел в гости.
– Привет, Юра, – генерал присел рядом с моей кроватью. – Как ты?
– Здравствуй, Тейт, – я поднялся и протянул ему ладонь.
Мы пожали друг другу руки, и Эрлинг сказал:
– Что поправляешься, хорошо. Но в батальон тебе возвращаться не нужно.
– Почему?
– Слишком много ценного в твоей голове и слишком дорого республиканский олигарх Ледовски оценил твою голову.
– Поясни свои слова.
– Это запросто, – Тейт усмехнулся. – Информационными накопителями, которые ты мне передал, уже занимаются ученые.