Они следили за городом и были готовы встретить вражеских диверсантов, если те вдруг решатся нанести нам удар в спину. А остальные рассредоточились вдоль шоссе, того самого Амальфи – Новый Таллин, за которое сотый батальон уже дрался с республиканцами. Что же касательно танков, то «Берсерки» выехали непосредственно за городскую черту и встали на свалке. Не самое лучшее место – мусорный полигон. Однако здесь имелись глубокие рвы, и свалка находилась на небольшой возвышенности в ста пятидесяти метрах от дороги. Не знаю, какой умник придумал расположить мусорный полигон в этом месте, но как огневая позиция высотка подходила практически идеально.
Фары выключили, они нам ни к чему, ибо есть приборы ночного видения. Вокруг тишина, только в городе слышны выстрелы и редкие взрывы. И если бы не вонь, которая все-таки проникала под броню, можно было подумать, что мы где-то в лесу, в своем лагере.
Впрочем, про вонь вскоре все забыли, потому что появилась вражеская бронегруппа. Впереди три бронемашины. Затем разрыв в двести метров и танки.
– «Погран» это «Один-один».
– Здесь «Погран», – отозвался командир десанта. – Связь пять баллов. Слышу тебя хорошо.
– Передовые бронемашины пропусти. Уничтожишь, когда они начнут отступать. Как понял?
– Понял тебя «Один-один». Передовых пропускаю, бью при отходе.
– Плюс, – краткая пауза и вызов танковых экипажей: – Всем единицам. Это «Один-один». Бью первым, по арьергарду, и перекрываю дорогу. Остальным открывать огонь самостоятельно после меня. Как поняли?
Один за другим командиры танков ответили, что приказ приняли, и я завершил общение:
– Плюс.
В эфире тишина. Бронеколонна смещается влево, к городу, а передовой дозор резко вырывается вперед. Десантники пропустили разведку, и вражеские танки приблизились еще на четыреста метров.
«Пожалуй, пора», – решил я и выбрал цель.
Башня «Берсерка» слегка повернулась, и в прицеле возник бронетранспортер, судя по очертаниям, стандартный армейский «Носорог». Дистанция тысяча триста метров.