Лишь минут через пять безухий пленник смог освободиться и позвонить начальству.
— Я здесь, — сказал он, заикаясь и всхлипывая.
— Где «здесь»? Чего ты там мямлишь?
Телохранитель назвал адрес.
— Ну и чего? Иди домой.
— Не могу, я ранен.
— Что? На тебя напали?
— Да.
— Кто?!
— Не знаю. Дед какой-то. Приезжайте скорее, а то оно испортится! И лёд, лёд прихватите!
Бред какой-то!
Подмога прибыла через десять минут. И увидела… Телохранитель сидел на полу, в луже крови, левой рукой он зажимал рану на голове, в правой держал на весу чашку.
— Лёд, лёд привезли? — спрашивал он всех. — Мне бы льда.
— Какой лёд, ты что, рехнулся?
— Лёд мне нужен, лёд!
— Кончай скулить. И брось ты эту чашку, что ты в нее вцепился? На хрена она тебе сдалась? Брось!
— Не могу.
— Почему?
— Ухо там… Мое. Мне бы в больничку по-быстрому. И лёд, лёд!..
Во дела!
Все по очереди заглянули в кружку, в ней на дне, в остатках чая плавало ухо. Н-да!..
— Вот падла! — выругался Главный Телохранитель. — Тот… И ты тоже!.. Говорил же, оставьте ваш кобеляж, сидите дома! Так нет!.
А вот это он зря сказал!
Зря!..
* * *Охрана пребывала в унынии. Всем вспоминалось ухо, плавающее в чашке. Особенно когда пили чай. Или кофе. Или газировку. Не важно что. Важно, что из чашки. Когда пили, старались отчего-то не заглядывать в посуду.
— Кто он такой? — спрашивали все друг у друга.
— Какой? Этот или первый?
— И тот и другой. Оба!
Ну, Петруха-то ладно, тот испугом отделался.
Главный Телохранитель ходил мрачнее тучи.
— Как мог тебя уработать какой-то дедок? — в сотый раз спрашивал он. — Как?! Тебя, со всеми твоими поясами.
— Дьявол его знает, — разводил руками безухий телохранитель. — Черт ему, видать, ворожил.
— А может, ты того, перебрал?"
"— Я?! Ни капли!
— Но как тогда? А ну, еще раз покажь!
— Ну, я так стоял, а он так.
— А ты уверен, что это был дед?
— Совершенно. Натуральный дедушка! Лет сто пятьдесят. Песок из него сыпался.
Дедушка завалил двухметрового тренированного детину? Чушь какая-то.
— А ну, иди сюда. Ты иди. А ты в замке ковыряйся. Ну, начали!
Встали — один мордой в дверь, другой сзади.
— Толкай его. Я сказал, толкай, а не пристраивайся.