— Какие познания, надо отметить, адептка Имельси, — суровые глаза Роксена обратились к моему одногруппнику. — И у вас, адепт Бронс. Каких же усилий вам стоило использовать боевые заклинания четвертого и пятого года обучения. Тоже практикуетесь на полигоне?
И это он ещё не знает про заклинания, которые даже выпускники не используют. Совсем иной уровень. Тогда мы бы точно отправились в менее привлекательные места для допроса. Спасибо нашим куратору и ректору, что подстраховали нас.
— Тайны рода, которые я имею права не разглашать без семейного адвоката, — мы часто во время допроса обращаемся именно к этой фразе.
— И все же крайне занимательно, почему волк-оборотень не пытался вас убить? — следователь заложил руки за спину и расхаживал по кабинету. Каждый его шаг отдавался в наших мозгах. Он был хорош в своём деле, надо признать. Возможно, если бы с нами заранее не поговорил куратор и нас не подготовил, то мы бы все же отправились в кабинет следователя в антимагических наручниках, как минимум.
— Это как раз логично, — вступил в разговор ректор. — Оборотни с неплохим потенциалом. Как раз пришли сами к ритуалу изъятия оборотнической силы.
— И наш покойный убийца совсем не боялся скорой подмоги? — Кроувиль развернулся к Рарониуму Эрсо Броуту.
— Как он мог знать, что мы уже послали вестника, выйдя только из-под купола мастера Эмольсина? — Вольгран сделал упор на сроке послания вестника.
— Не мог, согласен. Но должен был предположить, что вы могли это сделать, — теперь всё внимание было сосредоточено на моём одногруппнике.
— Потому и мёртв, что не побоялся этого, — изрядно злой Бронс, выпил одним глотком свой взвар, ранее принесённый секретарём ректора.
— После ритуала изъятия убийца был немного неадекватен, — заговорил один из следователей, что сидел справа от стола ректора Академии.