В конце концов Поэт прихватил ноутбук и покинул гостиную. Через пару минут его примеру последовал и Джокер.
Сидеть и смотреть на дремлющего Клима мне быстро надоело. Во мне зрело неприятное ощущение, будто мы что-то упускаем. Хотелось действовать. Решительно и немедленно."
"Первым порывом было отправиться к дому Ольховых. Соседей, должно быть, успели допросить, и двор уже свободен от конкурентов. Впрочем, наверняка тут не скажешь. Не знаю, что я рассчитывала там увидеть. Говорят, убийцы любят возвращаться на места своих преступлений.
Клим дремал, время от времени вздрагивая всем телом. Уйти незаметно у меня вряд ли получится – мимо Лионеллы и мышь не проскочит. Впрочем, скрывать мне нечего.
Поколебавшись еще несколько минут, я все-таки покинула «дом с чертями». На площади в свете фонарей кружились хлопья снега, точно кто-то взорвал большую хлопушку. Я пошла через площадь, не оборачиваясь, хотя точно знала, что из окон за мной наблюдают. Чувствовала спиной.
«Она умрет», – снова и снова всплывала в голове фраза из электронного письма.
У меня не было и тени сомнения, что угрозы, приходящие Ольховым, и смерть Тимофеевой – звенья одной цепи. Возможно, целью с самого начала была Анжела. Убийца играл в игру – запугивал одних, чтобы в конечном счете нанести удар совсем рядом. Словно выстрел, задевающий по касательной.
Если кто-то хотел выжить Ольховых из их дома – способ, пожалуй, самый верный.
Занятая своими размышлениями, я не заметила, как дошла до Гоголевского сквера. Особняк Ольховых встречал меня темными глазницами окон. Его розовый цвет в темноте ассоциировался с кровью, пролитой на снегу.
Я не решилась идти на место преступления.
В «избе» горел свет, за ней дом Тимофеевых с площади было не разглядеть. При мысли о том, что сейчас происходит с Павлом и Эльзой, меня передернуло. Потоптавшись немного, я спустилась по дорожке во двор и убедилась, что свет горит у всех. Кроме квартиры Лили.