Парень кивал изредка, быстро записывая за мной на обрывке бумаги довольно корявым почерком. Но грамотный — уже хорошо.
Я снова оглядела зал. Белоснежный мрамор с золотистыми прожилками, зеркальные колонны, расписанный светло-пастельными фресками купол, утопающий до сих пор в белоснежных гирляндах из роз, чей аромат густо стоял в воздухе, намекая на скорую головную боль. Это, наверное, от растерзанных цветов. Целые так сильно все-таки не пахнут.
В том числе из-за запаха я решила не брать лилии.
"— И еще все то же самое, только в оранжевом и кремовом цвете. Никакого желтого! — подчеркнула я. Понятно, что все равно привезут и придется потом сортировать, но нам чем больше, тем лучше. Если что, с тыльной стороны гирлянды можно пустить.
— А почему не желтый?
— А зачем оранжевый?
Вопросы мне были заданы одновременно, первый — герцогиней, а второй — дамой чуть ее старше, в богатом тяжелом парчовом платье в пол с наглухо закрытым по самую шею декольте.
— Ваше Величество.
— Вставайте и отвечайте уже, — нетерпеливо подбодрила меня вдовствующая королева, бывшая регент. — Залы на помолвку испокон веков украшают белым в знак чистоты невесты.
— Невеста не простая девушка, а принцесса. Да и свадьба королевская. Помимо чистоты присутствует власть и богатство. А что его может передать лучше, чем золото? — старательно не поднимая глаза выше рубиновой броши, украшавшей кружево на горловине королевского платья, послушно ответила я.
Совсем не смотреть на Ее Величество — оскорбление, а прямой взгляд в глаза — он для равных, так и до плахи недалеко. Поэтому я старательно балансировала на грани смирения и уважения.
— Мило. Где вы ее нашли, Вивьен? — через мою голову обратилась к старой знакомой королева.
— Она меня нашла сама, Ваше Величество, — со сдержанной усмешкой поведала герцогиня чистую правду. — У девушки весьма нетрадиционные взгляды на очевидные вещи, а в нашем случае, кажется, именно такие и нужны.
Де Сурри плавно обвела рукой распотрошенный зал. Королева согласно кивнула.