А вот Маруська со вчерашнего вечера заметно повеселела.
- О, Женька, вернулась блудная дочь! Рассказывай, где была, что делала? И самое главное, как он?
- В каком смысле?
- Ну в постели как он?
- Отстань, дурочка!
Но Маруська ни шагу мне ступить не давала: я к шкафу - она за мной, я в ванную - она следом.
- Ну расскажи, жалко тебе что ли?
На душе скребли кошки. Было грустно и обидно. Поэтому не сдержалась и сказала:
- Он - потрясающий. И в постели тоже.
- А чего грустная тогда такая?
- Ему вчера вечером бывшая жена позвонила.
- Ну видимо, случилось что-то. Вернется - расскажет.
- А может, поигрался со мной, переспал и таким красивым способом свалил, чтобы не объясняться?
- Ты сама-то в это веришь? Саша не такой! И тем более у него здесь работа, а мы только через неделю уезжаем. Все равно бы пришлось вам встретиться и объясниться.
Я была согласна с ней. И в первую очередь с тем утверждением, что Саша - хороший, что на подобную подлость он не способен.
В двенадцать мы спустились вниз, и администратор проводил всю компанию в кабинет к директору. Тот самый усатый мужчина, которого вчера я уже видела, когда мы вернулись из леса, встречал нас у двери, каждого приветствовал за руку и слащаво улыбался.
- Проходите, присаживайтесь! Будьте, как дома! Может быть, кофе или какие-то другие напитки?
Все дружно отказались.
- Ну тогда перейдём к главному.
Вроде бы, все, что он говорил, звучало красиво и правильно. Мы пострадали? Пострадали. Попали в опасную ситуацию? Чуть не погибли! Нужно компенсировать! Замечательно. Но что-то меня смущало, не давало покоя. До той поры, пока он не сказал:
- Единственное... Но я думаю, вы и сами понимаете, что опасность еще остаётся. Лес все также горит. Возможно, вы заметили, что в нашем отеле других постояльцев в настоящий момент нет.