– На тебе заработанные. А значит, судью можно перекупить. Да и твоим сестрам вместе с их цепными псами не помешает походить в масках обезличенных.
А вот эти слова заставили леди Даффи побледнеть, стерев видимость полнейшей безучастности к происходящему.
– К тому же… зря я их что ли упаковывала, как подарки на Белтейн[15]?
Шерлет отвела взгляд.
– Я… нет, я не могу. Я хочу оставить это позади. Отправиться… не знаю куда. Здесь меня ничто не держит, да и никогда не держало. Пойми я это раньше, будь я сильней…
Морриган подалась вперед, игнорируя ломоту во всем теле.
– Никогда не поздно стать сильнее. Нужно время, чтобы избавиться от иллюзий и найти в себе силы дать кому-то отпор. Особенно если он родной тебе человек. И твое время, думаю, пришло. Но не позволяй сестрам остаться безнаказанными.
– Я могу представлять твои интересы, – подал голос Дэмьен. – Я был связан не одним контрактом с Домом Даффи, так почему бы нам не заключить новый? И у меня есть принципы.
Шерлет смущенно улыбнулась.
– Все в порядке… наверное. Я не привыкла к извинениям.
– Привыкай, – обрубила Морриган. – Потому что тебе предстоит выслушать как минимум пять штук. Верно говорю, сестрички?
Те что-то понуро забормотали. Нет, Морриган не была наивна – ни в них, ни тем более в Шевонн раскаяния она не найдет. Но Шерлет заслуживала этих даже выдавленных через силу извинений. За долгие годы боли и понимания, что в своей семье как человек, как личность, а не постоянный источник чар, она никому не нужна.
Морриган вызвала судью. Да, обычно просто так он не являлся, но крупная сумма из закромов Дома Даффи заставила его передумать.
Выяснилось, что регентский совет все же не зря занимал свое место. Судья явился не один, а в сопровождении троих человек… созданий Пропасти в черных кожаных плащах с поднятыми воротниками.
– Полуночная стража, – объяснил Дэмьен недоумевающей Морриган.
"– Название неоригинальное, да и немертвой страже проигрывает, но содержание мне нравится, – вынесла она вердикт. – Существа древней крови в составе стражи?.. Как их удалось уговорить?
Шерлет совсем стушевалась перед судьей и гостями. Она словно металась между тем, чтобы предложить им чай или спрятаться в кладовке. Стражи не желали садиться и уж точно не желали чай. Так и застыли посреди комнаты каменными изваяниями.