Он бы тоже не отказался от одобрительной улыбки или хотя бы взгляда, но все ее внимание было приковано к жилету герцога. Хмурясь, она изучала роскошных павлинов на парче, и сведенные вместе брови выражали суровый приговор.
— Мой дорогой граф, — начал герцог, выдержав паузу, предназначенную для рассыпаний в любезностях, и прочая, и прочая. Рауль заполнил ее безмятежной и раскованной неподвижностью, а сестры — тревожным ерзаньем. — Как вы тут устроились? Замок Флери просто памятник истории, восхитительно.
— Вы так думаете? — обронил Рауль, делая вид, что не заметил насмешки в приторном «восхитительно».
— Ах! — вскричала Жанна так неожиданно и громко, что Соланж даже дернулась. — Стоит закрыть глаза — и сразу былые роскошь и величие предстают, как наяву! Эти стены помнят вашего прадедушку, ваше сиятельство… — тут она осеклась, сообразив: да ведь Лафоны получили титул всего поколение назад, и дедушку нынешнего герцога Флери, скорее всего, даже на порог бы не пустили.
— Значит, вы приехали осмотреть замок? — торопливо спросила Соланж, стремясь исправить оплошность сестры.
— О нет, — отмахнулся герцог с таким небрежением, будто сам минуту назад не выражал восторг от памятника истории. — Такого рода архитектура никогда меня не привлекала. Эти резкие очертания, острые шпили, зубчатые башни… Так и тянет сотворить что-то зловещее. Нет, я люблю южный стиль — арочные окна, живописные патио, изящные балясины.
Губы Маргарет шевельнулись, словно она повторила последнее слово про себя.
— Арочные окна, — мечтательно выдохнула Соланж и даже глаза закатила. Жанна, недовольная тем, что ее обожаемый фамильный склеп не нашел тут ценителей, поджала губы.
Рауль поиграл шлепанцем, по-прежнему верный своей тактике не задавать никаких вопросов.
— Стало быть, — герцогу тоже надоели светские беседы, и он довольно неуклюже перешел к теме, которая волновала его на самом деле, — вы собрались жениться, Рауль.
— Любовь пронзила мое сердце острой стрелой навылет, — охотно откликнулся он.
— На девице Бернар… Ее семья владеет всего одной шахтой.
Глаза тетушки Маргарет презрительно сверкнули. «Всего одна шахта» давала прекрасный доход, который избавил бы Рауля от множества хлопот.