Вот, буду вас сопровождать, так сказать!
— Вы уверены, что стоит утруждаться? Я могу вполне обойтись сам.
— Да мы люди маленькие, подневольные, — без тени обиды пожал плечами Михаил, — что начальство прикажет, то и выполняем. Но со мной-то надежнее будет.
— Машину хорошо водишь? — с сомнением спросил Лев, оглядывая водителя сверху вниз. На первый взгляд он дал бы ему не больше двадцати лет. — До убойного отдела доставишь?
— Обижаете! — протянул тот. — Я с семи лет за рулем! Отец шофером был, по горному серпантину знаете как гонял? Круче Шумахера! И без единой аварии! И у меня за десять лет ни одной.
— Сколько же тебе лет? — полюбопытствовал Гуров, пристегивая ремень безопасности.
— Двадцать три, — ответил тот. — Но я же говорю — машину с детских лет знаю. По здешним дорогам с закрытыми глазами могу передвигаться, — и, вздохнув, добавил: — Я, вообще-то гонщиком мечтал стать, да не сложилось.
Под болтовню Миши они доехали до убойного отдела. Слушая его беззаботный тенорок, Гуров обратил внимание, что машину Михаил водит действительно очень грамотно.
В убойном отделе Гурова встретили с куда большей серьезностью и сразу же препроводили в кабинет начальника. Беседа с ним была краткой, но содержательной. Полковник Каспаров Иван Георгиевич сообщил, что все материалы по убийству Мажарова находятся у следователя Селедцова, что он сам лично выезжал на место происшествия вместе с опергруппой и с уверенностью может сказать, что стрелял киллер.
— Однако не высшего разряда, — добавил Каспаров от себя.
— Поясните, — заинтересованно попросил Гуров.
— Первая пуля прошла мимо, — стал объяснять полковник. — Конечно, можно сказать, что это случайность, что в движущуюся мишень попасть сложно, но Мажаров особо и не спешил. Его застрелили прямо у подъезда, когда он доставал ключи, то есть был практически неподвижен. Значит, стрелявший не точно рассчитал момент выстрела, что говорит о недостатке опыта.