А Черный между тем как — от чертовски медленно застегивал молнию… — Знаете, Кристина, — сказал он вдруг, усмехнувшись, — при вашей стеснительности я удивляюсь, как у вас вообще ребенок появился.
Удивление от того, что начальник знает про Юльку, погасило возмущением от сказанного про стеснительность.
Много он понимает! Никогда я так не стеснялась, когда со сверстниками в институте общалась. Но сейчас же совсем другая ситуация! И сидящий передо мной на коленях Назар Миролюбович никак не вписывался в мои понятия о том, что есть «нормально».
— Я сама удивляюсь, — ответила я тихо, вкладывая в эти слова совершенно другой смысл, а не тот, который уловил там Черный. Удивляюсь, как я решилась рожать Юльку, удивляюсь, как до сих пор не уволилась отсюда. Удивляюсь, что вы, Назар Миролюбович, стоите тут передо мной на коленях. И уже не занимаетесь сапогом — он давно надет. Вы гладите мою ногу… Все выше и выше… Спасибо, что я в брюках.
Но от дрожи это не спасало.
— Вам, кстати, очень идут платья. Вы были очень женственны в пятницу, Кристина.
Ответить я не успела — Черный наконец отпустил мою ногу, встал и протянул мне ладонь.
— Поднимайтесь. Сейчас я принесу ваше пальто. Пора уже заканчивать этот ужасный день, правда? — Разве он был ужасным… для вас? — удивилась я, послушно принимая его руку и поднимаясь.
— Был, — тяжело уронил Назар Миролюбович, поворачиваясь к шкафу с одеждой. — И еще неизвестно, чей день был ужаснее: мой или ваш.
Я улыбнулась, опуская голову.
С учетом того, что мой день был ужасен из-за вас, начальник, то да, конечно… Ваши страдания не могут быть соизмеримы с моими. Ни при каких условиях.
Мне всегда нравились джипы, с детства. У дяди Сережи как раз джип, черный такой. А у Черного, наоборот, темно-синий.
Но красивый все равно, и чистый, разумеется.
А еще внутри легко и приятно пахло туалетной водой — или что у него там? — Назара Миролюбовича. Очень ненавязчиво, едва уловимо, но я все равно почувствовала — и затрепетала ноздрями от удовольствия.
Юльке было полтора года, когда со мной на улице познакомился симпатичный мужчина по имени Вадим. Мы начали встречаться. И пока просто гуляли и разговаривали, все было нормально, но стоило только зайти в помещение или сесть к Вадиму в машину, как меня начинал душить запах его туалетной воды. И я ужасно стеснялась в этом признаться. В конце концов, кто я такая, что бы просить его поменять парфюм? Не жена, не невеста.