Достижение ближайшей цели может поставить крест на тех задачах, которые «через шаг», а это, в свою очередь, похерит все шансы на то, что исчезнувших ребят через два шага найдут быстро. Поставленный «на место» человек, может, и станет вести себя по-другому, но любить и уважать тебя точно не начнет, обида – штука коварная и противная, она разъедает все вокруг и портит не только личные отношения, но и общую служебную деятельность, сказываясь на результатах работы всего коллектива. Ведь это же так просто! Но люди, увы, редко принимают это во внимание.
– Насчет завиральных идей – тут ты прав, Коля, – миролюбиво улыбнулся майор Гордеев. – Есть у меня такой грех, не ты один заметил. Но я тебе вот что скажу… Впрочем, ты, наверное, и сам уже понял: дело на высоком контроле, но неофициально. Ведь понял?
– Ну, – кивнул Разин. – Иначе тебя бы не прислали. Я уже четыре года в розыске, и ни разу не было, чтобы по таким делам людей с Петровки подключали. Как-то сами справлялись.
– Вот именно. Я уверен, что этих двоих малолеток вы отлично найдете и без моей помощи, я вам тут как пятое колесо в телеге, поэтому я хочу вот что предложить: вы, ребята, спокойно работаете по своему плану, делаете все по стандартной схеме, я к вам лезть не буду.
Николай задумчиво почесал подбородок, вытянув шею вверх, и от этого стал похож почему-то на суслика, вставшего на задние лапки.
– То есть контролировать не будешь, что ли? – уточнил он.
– Не буду. Буду приходить каждый день, спрашивать, что сделано, вы ответите, я кивну и уйду.
– А сам что будешь делать? Писать в отчетах, что осуществил контроль и помощь? Потом премию получишь за эффективное руководство оперсоставом на земле?
В голосе старшего лейтенанта Разина зазвучало неприкрытое презрение.
– Сам буду придумывать завиральные идеи и по ним работать, чтобы было, чем отчитаться.
«И когда это я научился так врать? – насмешливо подумал Виктор. – Из меня выйдет неплохой начальник».
– Дергать нас всех будут каждый день, приготовьтесь, – продолжил он.