– Разберемся, – спокойно сказал следователь и вышел вон.
– Пойдем, – я высвободилась и потянула Риана за руку.
Мне тоже не хотелось здесь задерживаться больше, чем нужно.
Когда мы вышли из участка, на улице наконец-то стало ясно. Солнце ласково пригревало. Ветер разогнал все облака, и небо радовало красивым голубым цветом, на фоне которого темнели горы.
Я свернула направо и пошла к набережной, бездумно глядя себе под ноги. Вокруг кипела жизнь. Недавние события уже немного потеряли свою остроту, но то тут, то там было слышно, как люди обсуждают взрыв на озере, арест мэра и странную активность в санатории.
Мы дошли до берега озера и остановились на набережной. Я подошла к парапету, кладя на него руки и осматриваясь по сторонам. Здесь все было по-прежнему. Люди гуляли и купались, по воде плавали лодки и водные велосипеды, и только на другой стороне среди деревьев виднелась некрасивая черная плешь, выжженная взрывом маг-аккумулятора.
Да, эта история наконец закончилась. Страшно, неправильно Так же неправильно, как и началась. Жаль, что мы не узнаем, как вообще Мерторн дошел дэ этой дикой идеи. Как придумывал технологию, как делал свои расчеты. Мне-Чистильщице было бы очень интересно узнать, удалось ему хоть немного раскрыть суть Гнили и Той стороны или это были лишь больные фантазии, не подкрепленные вообще ничем.
– Все хорошо? – спросил Тагриан, обнимая меня.
– Да, – кивнула я, немного помолчала, а потом все же призналась: – Почему-то мне очень жалко Хартингтона. И его жену. Не знаю, какими людьми они были и как у них складывались отношения, но… Я видела его глаза тогда… перед взрывом.
– Сола…
– Нет, я прекрасно понимаю, что это не оправдывает того, что он делал. Но все равно… Наверное, если бы не ее болезнь, они бы сейчас были счастливой крепкой семьей.
– Любовь может превращать нас в безумцев, по себе знаю, – тихо сказал оборотень. – Но можно ведь не поддаваться этому безумию. Это тяжело, иногда даже почти невозможно… Вот только Вейн Хартингтон сделал неправильный выбор.