– И при чем тут гольф?
– Мне не нужны люди, которые увлекаются гольфом. Те, кто здесь работает, должны посвящать все время «Вашингтон трибюн».
Личная жизнь Лесли Стюарт стала предметом бесконечных пересудов в редакции. Красивая незамужняя женщина, и к тому же, с ее именем не связывалось никаких скандалов. Никто из мужчин не мог похвастаться ее вниманием. Она давала роскошные приемы, на которых почитали за честь появиться самые богатые и влиятельные люди, знаменитые актеры и музыканты. Но что она делала, оставаясь одна? Говорили, что мисс Стюарт страдает бессонницей и по ночам обдумывает новые планы расширения границ своей империи.
Лесли интересовалась всем – рекламой, новостями, передовицами. Как-то она спросила главу рекламного отдела:
– Почему мы не печатаем объявлений «Глизона»?
Речь шла о дорогом универмаге в Джорджтауне.
– Я пытался, но…
– Владелец – мой добрый знакомый. Я позвоню.
Она быстро набрала номер.
– Аллен, почему вы не даете в «Трибюн» рекламу?
Тот весело рассмеялся.
– Лесли, все магазинные воришки почему-то оказываются вашими читателями. Немного странно, не так ли?
Перед тем как назначить встречу, Лесли старалась узнать о будущем собеседнике все, что возможно, его слабые и сильные стороны. И, покупая очередную газету или телестудию, беспощадно торговалась.
– Иногда вы чересчур уж несговорчивы. Нельзя быть такой крутой. Почему бы вам иногда не уступить, Лесли? – уговаривал Мэтт.
– Ни за что.
Всего за один год «Вашингтон трибюн энтерпрайзис» приобрела газету и радиостанцию в Австралии, телестудию в Денвере и газету в Хаммонде, штат Индиана. Как только сотрудники узнавали ужасную новость, начиналась паника. Репутация Лесли была широко известна. Каждый ожидал немедленных и жестоких репрессий.
Зато Лесли Стюарт ужасно ревновала к Катарине Грэм.
– Ей просто повезло, – шипела она. – И все знали, что она просто злобная сучка.
Мэтта так и подмывало поинтересоваться, известно ли самой Лесли, кем считают ее окружающие, но риск был слишком велик.
Однажды, войдя в кабинет, Лесли обнаружила, что кто-то подкинул на стол маленькую деревяшку с двумя крошечными медными яичками.
– Простите, – расстроенно пробормотал Мэтт Бейкер. – Сейчас заберу…
– Нет. Оставьте.
– Но…
– Оставьте.
Во время очередного совещания в кабинете Мэтта раздался писк зуммера интеркома.
– Мэтт, зайдите ко мне, – велела Лесли.