Свой подвенечный наряд Лесли купила в «Фейетт-Молл» на Николасвилль-роуд: длинное, до пола, платье с широкой юбкой и длинным шлейфом, туфли в тон на высоких каблуках и длинные перчатки.
Оливер заказал черную визитку с брюками в полоску, серый жилет, белоснежную сорочку и аскотский галстук[5] и попросил сослуживца-адвоката быть его шафером.
– Наконец-то все готово, – облегченно вздохнул Оливер в один прекрасный день. – Я договорился о свадебном приеме. Кстати, почти все приняли приглашение.
Лесли вздрогнула, как от озноба.
– Не знаю, дорогой, как вытерплю последние несколько дней!
В четверг, за неделю до свадьбы, Оливер ворвался в квартиру Лесли.
– Черт подери, милая, понимаю, все это крайне некстати, но у моего клиента огромные неприятности. Придется лететь в Париж и все улаживать.
– Париж? Но как долго тебе придется там пробыть?
– Не больше двух-трех дней, в крайнем случае четыре. У нас еще куча времени.
– Попроси пилота не лихачить.
– Обещаю.
После ухода Оливера Лесли взяла газету и лениво отыскала глазами гороскоп Золтера.
«Лев (23 июля – 22 августа). Сегодня не рекомендуются никакие изменения в планах. Рисковать – означает обречь себя на серьезные проблемы».
Лесли со сжавшимся сердцем перечитала жирные строчки. Ей смертельно хотелось позвонить Оливеру и попросить его остаться – пусть даже на день. Нет, это чистый вздор. Сходить с ума из-за дурацкого гороскопа? Какая чушь!
К понедельнику Лесли вся извелась – от Оливера не было ни слуху ни духу. Она звонила в его контору, но никто ничего не знал.
– Оливер…
И услышала незнакомый мужской голос:
– Это Лесли Стюарт?
Девушку обдало ледяным холодом.
– Кто… кто это?
– Эл Тауэрс, Ассошиэйтед Пресс. Телетайп только что передал интересное сообщение, мисс Стюарт, и мы хотели бы узнать ваше отношение к тому, что произошло.
Случилось что-то ужасное. Оливер погиб.
– Мисс Стюарт, вы меня слышите?
– Да, – выдавила девушка.
– Не могли бы мы получить ваше заявление?
– Заявление?
– По поводу женитьбы Оливера Рассела на дочери сенатора Тодда Дэвиса.