Тонкий расчет

Сенатор Дэвис вскочил и угрожающе навис над зятем.

– Президент?! Гребаная надувная кукла! Моя кукла, ясно? И будешь выполнять, что велено. Твое дело не отдавать приказы, а выполнять!

Оливер все так же невозмутимо вгляделся в Дэвиса.

– Интересно, сколько нефтяных промыслов у вас и ваших друзей?

– Не твое собачье дело! И если посмеешь ослушаться меня – тебе конец! Слышал? Не забывай, кто здесь правит бал! Даю тебе двадцать четыре часа, чтобы образумиться.

За ужином Джан встревоженно заметила:

– Отец просил меня поговорить с тобой, Оливер.

Он очень расстроен.

Значит, придется рассориться и с ней.

– Он рассказал, что произошло.

– Подробно?

– Да. Но мне кажется, он ошибается. Ты молодец, Оливер. И поступил правильно. Немало людей будут тебе благодарны.

До Оливера не сразу дошло, что она на его стороне. Он ошарашенно уставился на жену.

– Но твой отец против.

– Знаю. И не согласна с ним. Если они готовы примириться, твоя обязанность помочь.

Оливер никак не мог прийти в себя.

Но чему тут удивляться? С самого начала Джан была ему поддержкой и опорой. И теперь Первая леди неустанно занималась благотворительностью и много делала для обездоленных и несчастных не только в Америке, но и во всем мире. Недаром ее избрали почетным членом самых крупных общественных фондов. Она не раз выписывала крупные суммы на пожертвования, ухитряясь при этом всегда оставаться в тени. Кроме того, Джан красива, умна, заботлива и… и… кажется, Оливер только сейчас увидел жену в истинном свете.

Почему я постоянно изменяю ей? Разве мне так уж нужны эти дурочки? Все, что я ищу – у меня дома. Лучшей женщины все равно не встретить.

– Сегодняшнее совещание долго продлится?

– Нет, – медленно выговорил Оливер. – Я скорее всего отменю его. Останусь с тобой.

В этот вечер они занимались любовью впервые за последний месяц, и Оливер не мог оторваться от жены. Под утро он решил, что попросит Питера избавиться от квартиры.

На столе в кабинете лежала записка:"

"«Прежде всего, мистер президент, хочу уверить, что искренне почитаю вас и ни за что не хотел бы причинить вам неприятности.

Пятнадцатого октября я был в гараже „Монро Армз“ и очень удивился, увидев вас там. На следующий день, прочитав об убийстве девушки, я понял, почему вы вернулись в лифт и протерли кнопки. Уверен, что газетчики немало заплатили бы за мой рассказ, но, как уже сказано, я слишком вас уважаю. И не хотел бы поднимать скандал.