Но, пробыв в Сараево почти неделю, она неожиданно осознала, что это безумное кровопролитие вообще бессмысленно. Ни один человек не мог объяснить, в чем дело. Наконец кто-то упомянул имя известного историка, профессора университета. Он был ранен и сейчас лежал дома. Дейна решила поговорить с ним.
Йован отвез ее в один из наиболее древних кварталов города. Профессор Младек Стака, крошечный седовласый, почти эфемерный человечек, был навсегда прикован к постели. Пуля, попавшая в позвоночник, парализовала его.
– Спасибо, что пришли, – прошептал он. – Последнее время меня мало кто навещает. Чем могу служить?
– Видите ли, меня прислали вести ежедневные репортажи об этой войне. Но по правде говоря, я никак не могу разобраться, с чего все началось.
– Все очень просто, дорогая. Весь этот ужас вообще непостижим. Многие годы, пока был жив Тито, сербы, хорваты, боснийцы и мусульмане жили вместе, в мире и согласии, были друзьями и соседями, росли и работали вместе, ходили в одни и те же школы, женились между собой.
– А теперь?
– Бывшие приятели пытают и убивают друг друга. Ненависть толкает их на такие мерзости, о которых я не могу говорить без содрогания.
– Я кое-что слышала, – кивнула Дейна.
В эти истории действительно трудно было поверить – колодцы, наполненные окровавленными мужскими гениталиями, изнасилованные и разрезанные на части младенцы, заживо сожженные в церквах жители поселков и деревень…
– Кто зачинщик этого?
Профессор покачал головой.
– Зависит от того, кого вы спрашиваете. Во время второй мировой войны нацисты-хорваты уничтожили сотни тысяч сербов, бывших на стороне союзников. И теперь сербы собирают кровавую дань. Они не знают пощады. Только на Сараево сброшено больше двухсот тысяч бомб. Не менее десяти тысяч убитых и более шестидесяти тысяч раненых. Но боснийцы и мусульмане тоже не святые и должны нести ответственность за пытки и убийства. Те же, кто не хотел войны, втянуты в нее насильно. Теперь никому нельзя доверять.
***"
"Вечером Бенн Албертсон сообщил, что завтра в шесть часов они смогут получить передвижную станцию и спутниковое время.
– Я нашел идеальное место для съемок. Площадь, где раньше размещались католический собор, протестантская церковь, мечеть и синагога. Теперь остались одни развалины.