А после ушел, оставив ее, задыхающуюся, жаждавшую большего…
По пути к себе она остановилась у комнаты Софи. Одного взгляда на горничную было достаточно, чтобы понять, что та еще не успела отдохнуть после путешествия, поэтому Кассандра попросила миссис Тилдон принести в ее комнату поднос с ужином и позволила Софи отдыхать до утра. Теперь никто их с Этаном не побеспокоит…
Подойдя к овальному зеркалу, Кассандра вздохнула и покачала головой. Как жаль, что ей совсем нечего надеть! Гардероб ее был крайне скуден: Уэстмор соглашался давать деньги только на самое необходимое.
Из размышлений Кассандру вывел стук в дверь. На пороге появилась широколицая розовощекая молодая женщина в одежде служанки, державшая поднос. Поставив поднос, она присела в реверансе:
– Ваш ужин, миледи. И ванна тоже.
– Ужин? Ванна? – удивилась она, но вслед за служанкой вошли четверо крепких молодых людей с медной ванной, частично заполненной водой, от которой шел пар.
– Но я не просила…
– Вот полотенце и мыло, – продолжала служанка, положив и то и другое около ванны. – И еще записка для вас, миледи. – Она вынула из кармана передника запечатанный воском листок бумаги и протянула Кассандре. – Жаль, что путешествие так вас утомило, миледи, но горячий ужин и ванна живо приведут вас в порядок.
Она снова присела в реверансе и вышла вслед за молодыми людьми, тихо прикрыв за собой дверь.
Кассандра тут же сломала печать, развернула записку и пробежала глазами.
«Наслаждайся ванной. Я скоро приду.
Этан».
Кассандра перевела взгляд с заставленного блюдами подноса на ванну, и на глазах у нее выступили слезы благодарности. Как же он заботлив! Очевидно, он решил, что они будут ужинать в уединении ее комнаты. И от этой мысли ее сердце хаотически забилось.
Кассандра разделась так быстро, как только могла, особенно без помощи Софи, и с блаженным вздохом села в ванну.
Она почти задремала, когда услышала приглушенный шум около окна. Касси поспешно открыла глаза, ахнула при виде темной фигуры, стоявшей на маленьком балконе, но тут же успокоилась, узнав Этана. Тот открыл высокую стеклянную дверь и тихо проскользнул в комнату.
Кассандра в изумлении наблюдала, как он медленно идет к ней. Глаза его сверкали огнем. В руке он нес большой мешок из потертой кожи.