— Что-то случилось, лина Иллая? — предприняла я не слишком благоразумную попытку влезть с расспросами в чужую личную жизнь. Но сил не было смотреть на расстроенную женщину. Если Ксанир снова повёл себя, как мерзавец, то в бездну перемирие! — Вы гуляли в саду после ужина?
— Да, и встретила там супруга, — тихо ответила она. — Не знала, что Сандру должны казнить. Я думала, у меня получится вырастить её ребёнка.
— Совет ещë не принял решение, — попыталась я успокоить свекровь. — Лин Ксанир просил повлиять на Кеннета?
— Нет, — ещё тише ответила она.
— Может, стоило ударить? — осторожно спросила я. — Выпустили бы злость и обиду. Без них дышать легче.
— Я послала его в бездну, — вспылила свекровь. — В таких выражениях, которых себе никогда не позволяла. Боюсь, нас слышал весь особняк. Я кричала, как безумная, чтобы даже тени его рядом со мной не было. О, боги, как я жила с этим монстром столько лет? Как я могла рожать ему детей?
Иллая никогда не плакала и сейчас сдержалась.
— Терпели, потому что любили, — сказала я. — А он привык, что жена всегда рядом. Надеялся на брачный браслет и нерушимый брак. Но не бывает вечных клятв. Даже магических. Ксанир вспомнил, что может потерять. Вспомнил и корит себя за беспечность. За глупую гордыню. Я не говорю, что это повод его простить.
— Он может делать, что хочет, — отрезала Иллая. — Без меня. Я жду ещё полтора месяца и отправляюсь во дворец Верховной, чтобы подписать бумаги о разводе. Я кричала ему: ""Убью, если не придёшь. Всему клану расскажу, что ты больше не мужчина. Потому что мужчины так не поступают"". А потом выгнала его.
— Это тогда он сказал вам, что смерть исправляет ошибки?
— Да, — свекровь переставила чашку с отваром на другой конец столика.
Я бы не сказала, что Ксанир хотел смерти Сандре. Вернее, на любовницу ему было наплевать, это правда. ""Сама дура!"" — считал бывший глава клана. И я склонна согласиться. Не будь экономка беременна, никто бы и не задумался, стоит ли её казнить. Ксанир мог убить предательницу лично, но сына он точно собирался отстаивать на совете.