Как же я не замечала этого?
Никто из нас не спешил, никто не торопился коснуться губ. Понимали, что последует взрыв сдерживаемых чувств, который уничтожит все вокруг. А нам хотелось продлить эту сладкую пытку. Хоть на мгновение. На расстоянии вздоха…
Его пальцы легли на плечи, медленно погладили, рисуя какие-то узоры, и потянули платье вниз. Особо много сил не потребовалось, чтобы оно сползло, оставив меня в одних лишь коротких кружевных шортиках. Сложнее всего было побороть смущение и поднять взгляд. Однако я хотела видеть Элая и его реакцию на меня, буквально нуждалась в этом.
Никогда не считала себя красивой или сколько-нибудь невероятной. У нас дома этот титул принадлежал Дейзи, а она не терпела конкурентов. Однако сейчас… в глазах любимого я выглядела самой невероятной, самой желанной, самой красивой.
И все… больше никакого томления и ожидания, даже короткой передышки.
Последовал поцелуй такой силы, что у меня подогнулись колени. Я непременно упала бы, если бы муж не подхватил меня и не уложил на кровать.
Широкая, немного шершавая рука медленно скользнула по телу, накрывая чувствительную грудь. Я громко охнула и выгнулась, еще сильнее открываясь его голодному взгляду, смущаясь и наслаждаясь его реакцией одновременно. Наклонившись, Элай осторожно коснулся губами шеи, ключицы, лизнул вершинку груди, заставив меня тихо застонать и запустить пальцы в его волосы. Но это было лишь начало. Губы накрыли грудь, то целуя, то слегка прикусывая нежную кожу, то облизывая, словно это самая сладкая ягода на свете.
Я цеплялась за него, боясь сорваться, утонуть в этом невероятном первобытном огне, который все сильнее разгорался в крови, сводя с ума.
А Элай опускался все ниже и ниже. Коснулся горячим языком пупка, нарисовав странную спиральку, которая еще долго горела огнем на коже. А потом неожиданно вновь припал к моим губам в дерзком, влажном поцелуе, в то время как рукой скользнул по бедру, подбираясь все ближе…
«Он же не может!» — в панике подумала я.
Еще как мог! Попытка свести бедра и хоть немного отстраниться успехом не увенчалась. Наоборот, я еще сильнее раскрылась и приблизилась к мужу, позволяя ему все… вот совсем все.
Дальше я уже вообще ничего не соображала. Внутри не просто все горело, а взрывалось и бурлило, стремясь к точке кипения.