А поняла я из этого письма следующее - сидеть тихо и не высовываться, неприятности, если что, сами меня найдут. А буде таковые случатся - хватать охрану в охапку и драпать во все лопатки в большое поместье. Оно столь велико, что штурмовать его никто не решится. Ну, или мчаться в столицу, прямиком в суровые объятия спецслужбы.
Почему- то при словах мчаться в столицу мне живо представился кадр из фильма ""Гардемарины"", сцена погони на каретах… вот всегда так, надо думать о серьезном, о жизненном, а мне вечно в голову всякая ерунда приходит.
Хотя, если уж совсем честно, да, мне становится здесь скучновато. Харчевня и производство чипсов работают, как часы, моего вмешательства не требуют. Я только подсчитываю и выплачиваю жалованье работникам. Но и то, последнее время все чаще привлекаю к этому фру Клару. Вот уж у кого и пфенниг не останется незамеченным! И все записи в гроссбух она вела аккуратно, четким почерком.
Линду - Аништа решила обучать поварскому искусству, с появлением настоящей, большой харчевни повара будут нужны. Надо бы ещё пару девчонок или вдовушек средних лет пригласить на обучение. Аништа твердо сказала, что из моего дома она уходить в харчевню не хочет. Надо посоветоваться с фру Урсулой насчёт персонала.
Я же не сказала, что привезли с обозом из большого поместья. Даа… теперь это была мебель не из списанных запасов со старых складов, а вполне себе новая, красивая и удобная. Правда, некоторые изделия у меня вызывали смутные сомнения в плане их возможного применения на практике, окромя любования ими. Вот, например, вот эта штука, обитая голубым шелком с орнаментом, украшенная пышными кистями по низу.
От греха подальше я это чудо здешнего мебелестроения пристроила в одних из гостевых покоев, которые постоянно закрытые.